Блогер с синдромом Туретта отказался от крупного контракта из-за требования цензурировать тики

Создатель контента Даниэль Морс, открыто рассказывающий о жизни с синдромом Туретта, разорвал рекламный контракт на 24 000 шекелей. Заказчик потребовал вырезать из ролика фрагменты с непроизвольными тиками, назвав их «ошибками монтажа».

Источник
Блогер с синдромом Туретта отказался от крупного контракта из-за требования цензурировать тики
Фото: Mako / צילום: tiktok

Создатель контента и лектор Даниэль Морс, который открыто говорит и ежедневно публикует материалы о жизни с синдромом Туретта, привык к самым разным реакциям аудитории. Однако на этот раз он столкнулся с проявлением бесчувственности и невежества не от случайных прохожих, а со стороны коммерческой структуры.

В видео, опубликованном в его Instagram, Морс рассказал, что отказался от гонорара в размере 24 000 шекелей, чтобы сохранить право на естественные проявления своего состояния. Он согласовал рекламную кампанию с одной из компаний, подписал контракт и выполнил все условия: написал сценарий, снял и смонтировал ролик.

На этапе согласования представитель клиента начал требовать правок. Сначала Морса попросили сократить длительность видео, на что он согласился. Вскоре последовала просьба убрать еще несколько секунд — блогер вырезал финальный юмористический фрагмент и отправил ролик на утверждение. Спустя два дня пришло сообщение, раскрывшее истинную причину правок.

«Привет, Даниэль, при всей деликатности вопроса, клиент надеялся, что ты поймешь, что он хочет, чтобы ты убрал части с заиканием и маленьким плевком в начале», — говорилось в письме.

Для Морса это стало переходом «красной черты». Он немедленно разорвал деловые отношения и объяснил свою позицию подписчикам:

«Это заикание, плевки, непроизвольные ругательства — это я. Мой Туретт — это не ошибка монтажа».

Морс подчеркнул, что его цель — не создание образа «идеального» блогера, а повышение осведомленности о синдроме. Он стремится показать, что можно быть успешным и востребованным, несмотря на особенности здоровья.

«Чего стоит эта сцена, если я позволю ей скрывать то, кто я есть и во что я верю? Ответ — ничего. Никакие деньги не заполнят ощущение этой пустоты», — заключил он.

Читайте также