Дани Авдия: «Я не боюсь никого на площадке»
Звезда НБА Дани Авдия в эксклюзивном интервью рассказал о жизни в США, жестком воспитании отца и о том, почему, несмотря на мировой успех, он планирует вернуться в Израиль. Баскетболист признается, что на паркете он становится другим человеком.
«Давай посмотрим, сколько у тебя осталось от кружка баскетбола в Омере», — говорит мне Дани Авдия, вызывая на дуэль. В одно мгновение я оказываюсь на паркете вместе с легендой НБА. «Было бы неплохо, если бы мы были одного роста, сидя», — замечаю я. Трэш-ток продолжается: «Мне не нужно многого, я просто иду спиной к кольцу, используя свой рост. Где ты?». Я парирую: «Просто боюсь, что ты травмируешься». Он смеется: «Оставайся на телевидении. Если бы здесь была Йонит, она бы точно попала, не то что ты — ты не в форме». Затем он блокирует мой бросок и попадает мячом в кольцо, даже не глядя на него. Соревновательный дух не покидает его ни на секунду.
Дани Авдия — 2,04 метра обаяния, харизмы и огромного таланта. В свои 25 лет он стал величайшим израильским баскетболистом и одним из 24 участников Матча всех звезд в лучшей лиге мира. «Это вау. Это не укладывается в голове», — признается он. Мы встретились с Дани для первого интервью после его насыщенного сезона в Портленде.
«Я сын Зуфи»
Когда ты начал расти? «В пятнадцать лет. Я вырос на 12–13 сантиметров за лето. Это как в мультфильмах, когда персонажа внезапно растягивают. В старшей школе я чувствовал себя Эйфелевой башней на танцполе, но сейчас это благословение. Хотя авиакомпаниям стоит сделать хотя бы одно кресло для высоких людей», — смеется Дани.
Его отец, бывший сербский баскетболист Зуфер Авдия, сыграл ключевую роль в становлении Дани. «Сочетание израильской теплоты и сербской холодности сформировало меня. Отец всегда прививал мне жесткость. После поражений в машине были крики и слезы, а мама защищала меня. Но это дало мне очень много. Я научился не сдаваться. Если ты можешь ходить на двух ногах — ты играешь».
На вопрос, будет ли он так же воспитывать своих детей, Дани задумывается: «Это другой вопрос. Я привязался к этой жесткости задним числом. Желание побеждать всегда было во мне заложено, но менталитет — это самое важное в спорте».
«Я не боюсь никого»
На площадке Дани преображается. «Я ничего не боюсь. Приведите мне Леброна или Майкла Джордана — я не боюсь. Поставит мне блок? Значит, поставит. Это по-израильски. Когда я выхожу на паркет, я другой человек».
Дани вспоминает случай, когда соперник угрожал «сломать» его, но в итоге ничего не сделал. «В конце игры я подошел к нему и сказал: «Я так готовился, что ты придешь и разнесешь меня, а в итоге не разнес — не уважаю тебя». С тех пор мы хорошие друзья».
Несмотря на статус суперзвезды и контракт на 15 миллионов долларов в год, Дани остается приземленным. «Суммы немыслимы, моя жизнь стала лучше, я хорошо ем и сплю, но это не изменило меня ни на йоту. Я не вырос с этими цифрами. Я начал играть ради удовольствия».
Жизнь вне паркета
Дани признается, что жизнь в США, вдали от дома, бывает одинокой. «Я живу с мамой, она со мной большую часть времени. В Израиле я чувствую себя обнаженным, когда иду в ресторан один, а за границей — да, надеваю кепку и сижу один. Отношения на расстоянии вести непросто, сейчас я сосредоточен на карьере».
Особое место в его сердце занимает Израиль. «В этом году я чувствую огромную разницу. В США я сталкиваюсь с антисемитизмом в сетях, но в реальности получаю много любви. Я знаю, что дети в Израиле следят за моими играми, и это дает мне силы. Я не забываю, откуда пришел. Страна важна для меня, и я отдаю честь нашим солдатам».
На вопрос о будущем Дани отвечает уверенно: «В Израиле. Со всеми проблемами, которые есть, у нас одна страна. Она потрясающая, и я хочу, чтобы мои дети жили здесь».
