Дело об утечке в Bild: Ронен Бар раскрыл детали информирования Нетаниягу

Бывший глава Шабак Ронен Бар поделился с премьер-министром Биньямином Нетаниягу решением арестовать его бывшего пресс-секретаря Эли Фельдштейна вскоре после проведения задержания. Согласно полученной информации, Нетаниягу и его канцелярия были проинформированы о деталях этого шага уже на начальных этапах расследования. В те дни на дело был наложен полный запрет на публикацию, и сведения сохранялись в крайне узком кругу. Даже высокопоставленные лица, считающиеся доверенными, не были посвящены в подробности, не говоря уже о широкой общественности.

Бар восстановил события следующим образом:

«Когда я понял, что речь идет о лице, приближенном к канцелярии премьер-министра, и его арест необходим для нужд расследования, я потребовал лично проинформировать премьер-министра сразу после задержания. Это было необычным шагом, который не был воспринят положительно органами правопорядка, однако был важен для меня в рамках доверительных отношений. Вследствие этого мне была утверждена лаконичная формулировка, в которой я сообщу премьер-министру об аресте и его причине в общих чертах. Я не помню, было ли мне разрешено указать, что речь идет о публикации в Bild, или только о деле об утечке секрета в целом».

По словам бывшего главы Шабак, сразу после ареста, когда премьер-министр проснулся, он передал ему информацию по телефону через личного охранника. Нетаниягу отреагировал с удивлением, на что Бар ответил, что не может вдаваться в подробности. Примерно через три часа, во время церемонии на горе Герцля, состоялся личный разговор:

«Меня попросили подождать премьер-министра, где он задал мне несколько дополнительных вопросов, и я отметил, что не могу комментировать эту тему. В этом разговоре на меня не оказывалось никакого давления со стороны премьер-министра».

Согласно подозрениям, Йонатан Урих, один из самых близких к Нетаниягу людей, уничтожил содержимое своего мобильного телефона в течение суток после ареста Фельдштейна. Сам премьер-министр уже дал показания в рамках этого дела, однако, как стало известно, его не спрашивали, передавал ли он другим лицам информацию, полученную от главы Шабак.