Дети резервистов не получают необходимой поддержки в школах

С началом войны 7 октября муж Шани Маклев, офицер запаса, был призван на службу, оставив ее одну с двумя детьми. «В начале войны эту тему — резервистскую службу — просто игнорировали. Я взывала о помощи, видя, что мужа призывают на все новые сборы, и была вынуждена искать эмоциональную поддержку для детей в частном порядке», — рассказывает она. За время конфликта ее супруг отслужил более 450 дней, сейчас он находится на восьмых сборах. Детям в семье 8 и 11 лет.

«В школе лишь формально интересовались, кто призван в резерв. На каком-то этапе предложили час с эмоциональным консультантом, но я обнаружила, что программа не адаптирована для детей резервистов. Я постоянно обновляла информацию при каждом новом призыве, но от школы нет никакого ответа. О нас забыли. Дошло до того, что учителя позволяют себе насмешки: "Что, он опять в резерве?" Мне это не смешно. Я ожидаю системного подхода и долгосрочной заботы о детях», — добавляет Шани.

Ситуация, описанная Шани, находится в центре внимания отчета исследовательского центра Кнессета, посвященного поддержке учеников, чьи родители служат в резерве или на кадровой службе. В документе отмечается разрыв между наличием данных об учениках и их использованием школами для выявления потребностей и оказания помощи. Также выявлены проблемы с использованием директорами школ цифровых систем учета.

Согласно отчету, большинство пунктов циркуляра генерального директора Министерства образования, касающихся эмоциональной и учебной поддержки, сформулированы как рекомендации, а не как обязательные указания. «Документ оставляет широкое поле для усмотрения директорам и педагогическим коллективам в выборе способа исполнения», — констатируют авторы.

Учебные разрывы и скрытый отсев

Отчет, подготовленный доктором Ницан Файбиш по инициативе депутата Кнессета Хили Трупера, опирается на данные Министерства обороны: более 320 тысяч детей в возрасте до 18 лет имеют родителей, служащих в резерве. 37% резервистов являются родителями несовершеннолетних, причем 89% из них воспитывают детей до 12 лет.

Длительное отсутствие родителя создает серьезные риски: от стресса и регресса в развитии у малышей до снижения мотивации, эмоционального выгорания и рискованного поведения у подростков. Опросы Центрального статистического бюро и форумов жен резервистов за 2025 год показывают, что более половины семей отмечают ухудшение психического состояния детей, а около 44% родителей были вынуждены обращаться за профессиональной психологической помощью.

---

Отсутствие организованной поддержки

Гиль Шамир из Кирьят-Анавим, мать троих детей, чей муж отслужил более 250 дней, подчеркивает: «Ответ системы образования зависит от личных качеств конкретных учителей, а не от организованной политики. Нет систематического отслеживания потребностей, и если нужна помощь, расходы ложатся на плечи родителей. Сегодня получение поддержки — это вопрос удачи».

Амит Трахтингут, глава отдела политики в форуме жен резервистов, заявила: «Отчет Кнессета подтвердил то, что мы переживаем каждый день: наши дети платят невыносимо высокую цену. Образовательные учреждения должны стать для них островом стабильности. Пришло время перейти от похлопываний по плечу к системной ответственности. Мы больше не удовлетворимся обещаниями на бумаге».

Депутат Кнессета Хили Трупер отметил: «Настоящая признательность резервистам начинается с заботы об их детях в классе. Это прямая ответственность руководства страны, которое отправило их родителей на защиту родины».

В Министерстве образования, в свою очередь, заявили: «Дети резервистов находятся в центре деятельности министерства с начала войны. Еще в начале 2024 года была разработана и внедрена специализированная политика, включающая выявление, картирование и предоставление комплексных ответов. Утверждения об отсутствии механизмов выявления не соответствуют фактам. Школы располагают специализированной системой данных, позволяющей идентифицировать учеников, чьи родители призваны на службу».