Директор «Моссада» Барнеа: миссия по смене режима в Иране не завершена

Директор «Моссада» Дади Барнеа выступил во вторник на церемонии в День Катастрофы. Отвечая на утверждение депутата Кнессета Арье Дери о том, что «Моссад» якобы отвечал за план смены власти в Иране, Барнеа пояснил, что миссия ведомства еще не завершена.

«Ошибаются наивные люди, полагая, что Катастрофа — это достояние прошлого, что в нашей сегодняшней реальности невозможен геноцид, что невозможны призывы к уничтожению, что не вырастет ненависть, угрожающая существованию народа, — заявил Барнеа. — Иранская угроза росла и игнорировалась на наших глазах и на глазах всего мира почти беспрепятственно».

Барнеа добавил: «Мы раз за разом предупреждали об опасности ядерного оружия как об экзистенциальной угрозе. Мы предупреждали о количестве баллистических ракет, угрожающих гражданам Израиля в любом месте страны, и об опасности, исходящей от иранского режима. В конце концов мы взяли судьбу в свои руки. Мы вышли на две вынужденные войны. В войне «Рев льва» ЦАХАЛ при содействии «Моссада» возглавил беспрецедентную атаку, нанесшую тяжелый удар по иранскому режиму. Против тех, кто начертал на своем знамени наше уничтожение, против тех, кто повесил гигантские часы, якобы ведущие обратный отсчет нашего существования».

Относительно операции «Рев льва» глава разведки отметил:

«Плечом к плечу в прочном союзе и в историческом сотрудничестве с самой сильной державой мира мы сражались вместе за ценности справедливости и свободы. 40 дней интенсивных боевых действий привели к значительнейшим достижениям, и прежде всего — к поражению главной цели врага: уничтожения Государства Израиль. «Моссад» вновь действовал в сердце Тегерана, мы доставили точные разведывательные данные для ВВС и поразили ракеты, угрожающие гражданам Израиля. Но наша миссия еще не завершена.»

В завершение речи Барнеа прокомментировал слова Дери в интервью газете «Исраэль ха-Йом»:

«Мы не думали, что эта задача будет выполнена сразу после затишья боев, но мы планировали, что наша кампания продолжится и найдет свое выражение также в период после ударов в Тегеране. Наше обязательство будет выполнено только тогда, когда этот экстремистский режим будет заменен. Тот самый режим, который хочет нашего уничтожения, должен исчезнуть. Это наша задача, мы не продолжим безучастно смотреть на еще одну экзистенциальную угрозу, исходя из четкого повеления: «Никогда больше».»