«Если нужен кто-то — я буду этим кем-то»: история сержанта Рои Дауи
Рои, командир отделения в бригаде «Гивати», погиб в «катастрофе Намера» в начале наземного маневра в секторе Газа за несколько дней до своего 21-летия. Его сестра Эден рассказывает об их уникальной связи, событиях 7 октября и о том, как семья пытается найти силы жить дальше после невосполнимой утраты.
Слушайте «Кותרת» (Заголовок) — ежедневный новостной подкаст ynet. В этом выпуске, приуроченном ко Дню памяти павших в войнах Израиля, мы рассказываем историю сержанта Рои Дауи.
«7 октября Рои был дома. На следующий день у него была запланирована поездка для демобилизующихся, но его экстренно вызвали на три дня боев в Кфар-Азе — на один из самых тяжелых участков сражений. Они зачищали кибуц от террористов и спасали людей. 9 октября он написал нам последнее письмо, о котором мы тогда не знали. В то же время мой брат и я были призваны в резерв. 27 октября ЦАХАЛ начал наземный маневр. В то утро состоялся наш последний разговор — мы не знали, что он станет последним, но по его тону поняли, к чему все идет», — рассказывает Эден Дауи, сестра покойного Рои Дауи, погибшего в войне «Железные мечи» в «катастрофе Намера», и член комитета «Сестры и братья» в организации «Яд ле-Баним».
«31 октября случилась трагедия. Я закончила тяжелую ночную смену в резерве и настояла на том, чтобы поехать домой, еще до того, как узнала о случившемся. Мама знала, что я возвращаюсь, поэтому приготовила обед, хотя не переставала плакать с того самого телефонного разговора. Мы сели поесть, я поднялась принять душ. В какой-то момент я получила сообщения от девушки Рои о погибших в «Гивати». Постепенно информация становилась конкретнее — «десять погибших в батальоне Цабар». Когда мы увидели из окна трех офицеров, подошедших к дому, мы в ту же секунду все поняли. Мысль о том, могли ли мы сделать больше, чтобы предотвратить это, всегда будет с нами — и у меня, и у моих родителей».
«У нас с Рои были уникальные отношения. Нас трое, и я буквально вырастила его. Я меняла ему подгузники, проверяла температуру смеси. Все думают, что я потеряла брата, но для меня это было сродни потере сына. Это видно по нашим разговорам: он сообщал мне, когда выходил домой, и просил забрать его с центральной автобусной станции в Иерусалиме. Я бежала к нему, покупала по дороге его любимые профитроли. Мы выросли в маленьком доме, делили одну комнату на троих, я водила его в сад, делала с ним домашние задания. Эта связь зародилась именно там».
Комитет «Сестры и братья» в организации «Яд ле-Баним», членом которого является Эден, занимается поддержкой братьев и сестер из семей погибших. Комитет фокусируется на продвижении законодательных инициатив, увековечивании памяти и проведении мероприятий. По словам Эден:
«Это одна из лучших вещей, которые я сделала для себя. Это принесло пользу моей душе. Я намерена сосредоточиться на продвижении законодательства.»
Если вы пропустили: приглашаем вас послушать наш выпуск о потрясающей истории Бара Куперштейна.
