«Это революция»: эксперты оценивают, как изменится ультраортодоксальное общество
В преддверии столетия Израиля эксперты анализируют будущее ультраортодоксального сектора. Несмотря на опасения по поводу демографического доминирования, специалисты указывают на внутренние процессы, которые могут привести к трансформации этого общества.
Всего через 22 года Израиль отметит значимую веху — столетие со дня своего основания. В первой части специальной серии репортажей «Когда Израилю будет 100» мы погрузились в вопрос, который крайне занимает израильское общество — ультраортодоксальную демографию, ставящую перед государством непростые экономические вызовы и вызовы в сфере безопасности. Один из критических вопросов, возникших в ходе расследования: будет ли ультраортодоксальное общество в 2048 году выглядеть так же, как сегодня? Эксперты, как ни странно, вполне уверены, что нет, а также ставят под сомнение утверждение, что в конечном итоге ультраортодоксы станут большинством.
Наше расследование мы начали с ультраортодоксального образа жизни, знакомого израильтянам: дом, где жена является кормильцем, а муж — аврехом (учащимся колеля). У Ривки Блау и её мужа девять детей. Она владеет косметологическим кабинетом, и семья существует в основном на её зарплату. Очень быстро от разговора о повседневности мы перешли к, пожалуй, самой взрывоопасной теме в сегодняшнем израильском обществе — призыву в ЦАХАЛ.
Будет ли в будущем призываться больше ультраортодоксов? «Разумеется», — говорит Блау. Но будет ли общество как таковое растить своих сыновей с установкой «в 18 лет идем в армию»? «Этого не случится и через 300 лет. Я весь день беспокоюсь о том, чтобы он (мой ребенок) продолжал идти по пути Торы и заповедей. Я люблю своих детей и приму их такими, какие они есть, но если один из них станет светским, каждый миг это будет жечь мне душу».
— Понятно, и я все же хочу сказать тебе, что это будет жечь душу меньше, чем если бы его не было.
— Я не уверена.
Ультраортодоксальные женщины в политике: это произойдет
Один из вопросов касательно ультраортодоксального общества — это роль женщины как кормильца, которой при этом запрещено занимать государственные должности. «Женщины выходят на работу не обязательно для того, чтобы реализовать себя, а в основном для того, чтобы поддерживать изучение Торы мужем», — говорит доктор Нехуми Яффе с факультета государственной политики Тель-Авивского университета. В этом смысле система остается крайне консервативной.
По её словам, часть женщин, выходя на работу и знакомясь с миром, превращаются в «хранителей порога». Они говорят: «Мы знаем, что есть в западном мире, и мы будем оберегать наших сыновей от соприкосновения с этими мерзостями». Другие же становятся агентами перемен: они видят, что в мире есть много сложного, но и много хорошего. Однако тех, кто «охраняет стены», пока больше.
Многие из этих женщин начинают упираться в «стеклянный потолок», и, по мнению Яффе, этому потолку суждено разбиться. «В каждом ультраортодоксальном муниципалитете все начальники отделов и гендиректоры — это сплошь женщины», — отмечает она. «Я уверена, что в конце концов ультраортодоксальные женщины придут в политику. Мы — раввинистический иудаизм, а это значит, что многие вещи, которые были строго запрещены в предыдущих поколениях, стали частью нормы, есть развитие».
Настоящая революция: государственно-религиозная школа (МАМАХ)
Если говорить об ультраортодоксальной политике, нельзя обойти стороной образование, которое в большинстве своем управляется частными некоммерческими организациями, финансируемыми нынешним правительством. Речь идет об обучении без базовых предметов (либа) и без какого-либо регулирования. Но оказывается, что и здесь есть островки перемен. «Эц ха-Хаим», например, — это образовательное учреждение, включающее детские сады и школы, принадлежащие к более редкому течению — государственно-ультраортодоксальному (МАМАХ), где ученики изучают и базовые предметы. Как ни странно, «Эц ха-Хаим» — это инициатива родителей.
«Мы открылись с 11 детьми», — говорит раввин Шломо Кац, директор учреждения. «Сегодня здесь 150 учеников в школе и более 80 в детских садах. Родители, которые его основали, не руководствовались идеологией, поэтому они не вызвали сопротивления. Они не хотят менять ультраортодоксальную общественность, и они, кстати, не менее ультраортодоксальны, чем другие. Я получаю жалобы на то, почему недостаточно изучения Гемары, точно так же, как слышу и о том, почему недостаточно математики и английского».
Итамар Леви Кэа, содиректор ассоциации «Друзья государственно-ультраортодоксального образования», добавляет: «Ультраортодоксальный ребенок заслуживает того же, что заслуживает ребенок в общем и религиозном секторах. Если ультраортодоксальные политики будут достаточно умны, чтобы принять родителей, идущих в МАМАХ, они приобретут клиентуру, которая сейчас ускользает от них».
Бывшие ультраортодоксы: «Мама звонит только для того, чтобы я проголосовал за „Гимель“»
Во «Дворе Юды» — месте, которое является домом для ультраортодоксов, отошедших от религии, мы пообщались с теми, кто объяснил отношение их родителей к выбранному ими пути. Иегуда Коэн, руководитель заведения и сын бывшего депутата Кнессета Ицика Коэна (ШАС), отмечает: «До сих пор есть те, кто злится. Но истинная правда в том, что это место дает людям то, в чем они нуждаются».
На встрече выяснилось, что никто из них сегодня не голосует за ультраортодоксальные партии. «Моя мама звонит мне перед каждыми выборами и говорит: „Проголосуй за Гимель“ (Яадут ха-Тора). Это единственный день, когда она мне звонит», — рассказывает Симха Блотник. Кармит Иегудай добавляет: «Был год, когда папа заплатил мне деньги, чтобы я проголосовала за „Гимель“. Я не согласилась, но мы сошлись на ШАС. Мне было важно, чтобы у них было какое-то благополучие, чтобы они были в коалиции».
Перемены на пороге?
В конечном счете вопрос заключается в том, станет ли ультраортодоксальное общество более вовлеченным в жизнь страны. По мнению Яффе, процент ухода из ультраортодоксального мира вырастет, но само понятие «ультраортодокс» изменится. «Возможно, они будут служащими и учащимися ультраортодоксами», — говорит она. «Я бы не стала играть с ярлыками».
Доктор Нери Горовиц, исследователь ультраортодоксального общества, предостерегает от поспешных выводов: «Давайте не будем втягиваться в дискурс об ультраортодоксальной рождаемости как об угрозе. Нужно быть очень осторожными с детерминизмом. Видно, что интервалы между детьми становятся больше, а количество детей в современных группах уменьшается».
Он подытожил: «Мы находимся в архимедовой точке. Я думаю, что они не будут большинством. Относительно большая группа, интегрированная как „новая ультраортодоксальность“ в израильское общество, будет расти, а группа, сохраняющая исторические институциональные интересы, постепенно будет угасать».
