Её брат был убит 7 октября, отец утонул: «Я молилась, чтобы Израиль не забрал у меня ещё одного любимого человека»
Катя и её семья бежали в Израиль от войны в Украине, но за четыре года потеряли Виталия, убитого в резне ХАМАС, и отца Владимира, утонувшего в море. «Я не представляла, что два самых близких мне человека погибнут именно в Израиле», — рассказала она.
Брат Кати, Виталий, был убит 7 октября. Её отец, Владимир, утонул в минувшую субботу. В интервью ynet сегодня, во вторник, она с болью рассказала о тяготах, которые пережила её семья с момента бегства из Украины из-за войны, включая трудности в отношениях с государством, которое до сих пор рассматривает их статус, а также о гибели брата и отца, которого мать видела в его последние минуты.
Катя поделилась: «Мы переехали из Украины в Израиль, потому что началась война. Когда она разразилась, мой брат Виталий уже был в Израиле — он приехал за несколько месяцев до начала боевых действий. В то время я работала в Польше, но мои родители, а также семья моего брата — его жена и сын — находились в Херсоне. Они пытались бежать четыре раза, и каждый раз это было опасно и очень тяжело; только с четвёртой попытки им удалось выбраться. На следующий день люди, пытавшиеся бежать по тому же маршруту, погибли при обстреле. Папа жил в Ашдоде с первого дня пребывания в Израиле, а мой брат Виталий в то время жил в Ашкелоне».
Она с теплотой описала брата и отца, подчеркнув крепкую связь между членами семьи: «Виталий был моим старшим братом. Невозможно описать словами, насколько он был добрым, щедрым и заботливым человеком. Всю свою жизнь он был моей опорой и защитником, и не только моей, но и наших родителей, ведь мы выросли в семье, где оба родителя глухонемые. Мой папа был самым лучшим человеком в мире. Несмотря на его ограничения по слуху и речи, у него были золотые руки. Он умел делать всё. Когда он приехал в Израиль, он быстро нашёл работу, и за четыре года многие люди научились ценить и любить его. Все знали его как профессионального, основательного и надёжного работника. Папа трудился на стройке и всегда выкладывался на сто процентов».
«7 октября мой брат Виталий поехал на рыбалку со своим тестем. Папа тоже должен был присоединиться к ним, но мама не разрешила ему, сказав: "Ты не поедешь". Я думаю, что именно она спасла его в тот день от смерти. Связь между Виталием и папой была особенной. Папа воспитал моего брата настоящим мужчиной, а Виталий, со своей стороны, делал всё, что мог, ради родителей. После того как он погиб, почти три года не проходило дня, чтобы папа не говорил мне, как сильно скучает по нему. Они понимали друг друга без слов».
Катя рассказала, что после гибели Виталия в отце произошла перемена: «Папа не рассказывал нам всего, но по его глазам было ясно, что он потерял одного из самых важных людей в своей жизни. Виталий был первенцем. Уже в семь лет, когда я родилась, он начал брать на себя ответственность за меня. Он всегда помогал родителям с переводом на язык жестов. Даже друзья папы обращались к нему за помощью. Папа пытался держаться и не показывать нам, как ему тяжело, но всё можно было увидеть по его лицу. Как будто часть его умерла вместе с сыном».
О том утре, когда она потеряла отца, Катя рассказала: «В тот день мы с родителями замечательно провели утро: ходили за покупками, купили папе новую одежду, много смеялись. После обеда они с мамой пошли на море. Они всегда выбирали один и тот же пляж, где нет спасателей. В тот день были высокие волны. Папа никогда не заходил далеко, но в этот раз под водой было сильное течение. Мама видела, что он машет ей издалека, но не поняла, зовёт ли он на помощь или шутит. Через несколько минут его голова скрылась под водой, и мама запаниковала. Вскоре она увидела большое скопление людей и тело, и сразу узнала мужа. Она позвонила мне, и в тот момент моё сердце просто остановилось. Я примчалась на пляж и увидела спасателей, бригады МАДА и полицейских, которые пытались реанимировать его. Почти 20 минут я молилась, чтобы Израиль не забрал у меня и второго человека, которого я больше всего люблю в мире, но чуда не случилось. Мне сообщили, что запустить сердце не удалось. Я видела его лицо, видела его тело, которое было уже белым, и его синие губы. Я так умоляла, чтобы он открыл глаза...»
Катя с горечью отметила: «Я никогда не думала, что, сбежав от войны в Украине, два самых близких мне человека погибнут именно здесь, в Израиле». Несмотря на длительное пребывание в стране, семья до сих пор находится здесь по туристической визе.
«Мама получает ежемесячное пособие после смерти сына, но государство не взяло на себя ответственность за моих родителей. Когда мы попросили предоставить нам официальный статус — ведь здесь похоронен мой брат, который был жестоко убит выстрелом в голову в тот страшный день, — нам отказали. Нам сказали лишь, что продолжат продлевать туристическую визу. Она не даёт прав. Я не могла оформить родителям медицинскую страховку, чтобы они прошли обследования и получили лечение, которое помогло бы им психологически. Я постоянно была вынуждена просить израильских друзей помочь с платежами, потому что мы не могли открыть банковский счёт или получить карту. Везде требовали визу и израильский паспорт. В чём виноваты мои родители? С первого дня мы работали, платили налоги, не получали помощи от государства и не были здесь в статусе беженцев. Мы пытались делать всё правильно, потому что были благодарны за то, что Израиль принял нас, когда началась война в Украине».
