Гендиректор Roche предупреждает о перегреве рынка биомеда

Генеральный директор Roche заявляет: «Я не выйду за покупками» — не перегрет ли рынок биомеда?

Рынок биомеда находится в состоянии относительного расцвета, характеризующегося в том числе крупными слияниями и поглощениями, вследствие чего индекс Nasdaq Biotech находится на пиковых значениях после роста на 40% за последний год. Однако одна компания официально заявила о своем намерении не участвовать в этой гонке. Почему, и что это заявление говорит о рынке в целом?

Компанией с «закрытым кошельком» является Roche Pharma, которая за последние годы совершила лишь одно крупное приобретение — это была компания 89bio с израильскими корнями, купленная за 2,5 миллиарда долларов. Предыдущее крупное приобретение состоялось в 2023 году.

В беседе с сайтом Fierce Biotech генеральный директор Roche Томас Шинекер заявил, что на данном этапе компании продаются по относительно высоким ценам, то есть рынок уже перешел в территорию избыточных покупок, которую он не называет — но мы можем назвать — предпузырьковой территорией.

У Шинекера есть еще две причины не совершать покупки: состояние наличности компании, которое затруднит приобретения без привлечения долга; и тот факт, что у нее нет определенного продукта, истечение патента на который привело бы к резкому падению ее продаж, в отличие от многих других фармацевтических компаний на рынке.

Срок действия ряда гигантских патентов истекает в ближайшие годы, например, на Keytruda компании Merck или Eliquis для разжижения крови от Pfizer и BMS, которые составляют огромную долю доходов этих компаний. Novartis также заявила, что 2026 год станет для нее самым тяжелым годом истечения патентов в истории, и среди прочего она потеряет Xolair для лечения аутоиммунных заболеваний и различных аллергий, а также Entresto для лечения сердечной недостаточности. Патенты, защищающие препараты Wegovy и Mounjaro от ожирения, действительны как минимум до начала 2030-х годов, но компании Novo Nordisk и Eli Lilly сильно зависят от этих препаратов и уже готовятся к этому.

Поэтому пока тенденция сохраняется. Только в марте в фармацевтическом секторе были совершены гигантские приобретения на общую сумму 29 миллиардов долларов. Покупки не сосредоточены в одной четкой области: Eli Lilly в последние месяцы приобрела Kelonia, разрабатывающую терапию CAR-T внутри организма пациента (за 2,65 миллиарда долларов при том, что в компанию на сегодняшний день было инвестировано менее 100 миллионов долларов), и Centessa, разрабатывающую препараты для улучшения бодрости. Gilead приобретает онкологические компании Tubulis, Ouro и Arcellx на общую сумму 14,5 миллиарда долларов, и Merck также совершила покупку в области онкологии — компанию Terns. Biogen приобрела Apellis в области редких заболеваний и офтальмологии, а Novartis приобрела Excellergy в области иммунологических заболеваний и аллергий.

Кстати, в сфере медицинского оборудования активность по поглощениям также высока: Abbott приобрела диагностическую компанию Exact Sciences за 23 миллиарда долларов, Danaher приобрела Masimo, разрабатывающую устройства мониторинга в больницах, за 9,9 миллиарда долларов, а в начале года Boston Scientific приобрела Penumbra, занимающуюся лечением закупорки сосудов конечностей, за 14,5 миллиарда долларов.

В краткосрочной перспективе ожидается напряженность между потребностью фармацевтических компаний заполнять свои продуктовые портфели и растущим аппетитом приобретаемых компаний к более высоким оценкам. Постепенно, по мере приобретения многих успешных компаний, находящихся на клинической стадии, покупатели, как ожидается, снова проявят больший интерес и к компаниям на более ранних стадиях разработки — тенденция, которую уже можно увидеть в приобретении Eli Lilly компании Kelonia.

Опыт прошлого показывает, что этот процесс обычно продолжается до тех пор, пока одна компания не совершит грубую ошибку и не проведет раздутую сделку, которая создаст ей проблемы — предупреждающий знак для остальных.

У вас грибковая инфекция, которая не проходит? Никого это не волнует, утверждает группа ведущих исследователей

Грибковые инфекции, устойчивые к антибиотикам, являются не менее серьезной проблемой, чем устойчивые бактерии, однако они подвергаются почти полному игнорированию со стороны лиц, определяющих политику в области здравоохранения — так утверждают 50 исследователей, опубликовавших на прошлой неделе призыв к действию по этому вопросу в научном журнале «Nature Medicine».

Профессор Пол Вервей (Verweij) из Университета Радбауд в Нидерландах объяснил в интервью сайту NPR, что устойчивые грибки уже сегодня убивают пациентов с иммунодефицитом как в развитых странах, так и в странах третьего мира — где вообще нет мониторинга смертности от грибковых инфекций, и если разовьется инфекция, которую не сможет уничтожить ни одно существующее лекарство, пройдет очень много времени, прежде чем мир узнает об этом.

У тех, у кого нет иммунодефицита, уже сегодня появляются грибки кожи или ногтей, и во все большем количестве случаев от них невозможно избавиться. Эти грибки не убивают напрямую, но, помимо того что они доставляют неудобства и иногда болезненны, они могут служить точкой входа в организм для других инфекций, особенно у больных диабетом.

По словам исследователей, решение должно быть комплексным. Проблема начинается в сельском хозяйстве, где используются фунгициды против болезней растений, которые попутно укрепляют грибки, вредные для человека. Если бы пестициды были более специфичными, эта проблема была бы смягчена, но законодательство и стимулы в этой области крайне недостаточны, говорят протестующие.

А что насчет разработки новых лекарств? Их очень трудно разрабатывать, потому что клетка грибка больше похожа на клетку человека, чем на бактерию. Исследователи утверждают, что вся эта область отстает от области бактериальных инфекций. Тесты менее совершенны и предлагаются меньшим количеством лабораторий, а академическая исследовательская база развита слабее.

Небольшие изменения начинаются во Всемирной организации здравоохранения, которая, как ожидается, обновит свой отчет со списком опасных патогенов, который в предыдущей версии десятилетней давности включал только два вида грибков, на отчет, предупреждающий о большем количестве видов.

Исследователи просят ВОЗ составить план, атакующий проблему с пяти направлений: осведомленность, мониторинг, предотвращение инфекций в больницах, ответственное использование лекарств и инвестиции в новые препараты.

У вас толстая кожа? Orvida Pharma хочет вас лечить

Компания Kamari Pharma, основанная Мори Аркином и фондом Pontifax для лечения заболеваний, характеризующихся утолщением кожи, объявила о смене названия на Orvida Pharma и начале испытаний эффективности.

Испытания будут проводиться при заболевании под названием синдром Олмстеда — редком генетическом заболевании, вызывающем утолщение кожи и сильные боли в ладонях и стопах, а также нарушающем подвижность. На сегодняшний день для этого заболевания нет ни одного одобренного лекарства.

Это первое показание, на которое ориентируется компания, при этом в дальнейшем она надеется лечить и другие заболевания, характеризующиеся утолщением кожи, включая более распространенные болезни.

Одновременно с сообщением о начале испытаний эффективности компания сообщает об успехе в испытании безопасности препарата. Испытания проводятся в соответствии с протоколами, утвержденными регуляторами в США, Великобритании и Франции.

Компанией руководит профессор Давид Авиэзер, который был генеральным директором компании Protalix и вывел на рынок первый препарат этой компании — достижение, которого немногим удается добиться в индустрии биомеда в целом и в Израиле в частности.

Около года назад Orvida привлекла 23 миллиона долларов под руководством фонда BRM и Pontifax. С учетом этой суммы компания на сегодняшний день привлекла около 47 миллионов долларов, и среди ее инвесторов также находится фонд GIBF.