Гиммик исчерпан: «М. из Мистаравим» снимает маску и выходит на сцену Кейсарии
Матан Хасан, известный как «М. из Мистаравим», решил отказаться от образа бойца в маске, который принес ему сомнительную славу. Теперь он готов покорять публику без лишней таинственности, хотя его сценический имидж по-прежнему строится на сочетании армейской романтики и поп-музыки.
Когда тканевая маска «Шруфа» (Обгоревшего) упала с лица Хаима Циновича в прямом эфире у Яира Лапида в прайм-тайм, это разоблачение не стало прорывом в его карьере. Скорее, наоборот.
Гиммик, придуманный Циновичем — образ певца-инвалида, выпускающего восточные хиты из самых низов, — работал лишь до тех пор, пока личность артиста оставалась загадкой. Снятие маски закрепило за Циновичем репутацию человека, совершившего своего рода моральное преступление, основанное на лжи и притворстве. «Шруф» сгорел, сам Цинович исчез на долгие годы, и лишь недавно осмелился вернуть к жизни своего персонажа, пытаясь ностальгически примириться с прошлым.
Прошло 26 лет с момента того скандала до того, как упала маска с лица «М. из Мистаравим» (бойца спецподразделения под прикрытием). М. — это Матан Хасан, и, по правде говоря, не было никакой необходимости скрывать лицо два с половиной года. Это был гиммик, вышедший из-под контроля. Если бы он не эксплуатировал образ «певца-мистарава», а просто выпускал песни как Матан Хасан, никто бы не знал о его секретной службе в армии, и ничто не мешало бы ему строить карьеру, подобно Идану Амеди.
Странный тренд
В последнее время наблюдается странная тенденция: скрывать свою личность перед камерами. Быть, но не быть. Каждый день в эфире интервьюируют людей в масках и «ниндзя». Вы резервист, управляющий кофейным фургоном? Важно скрыть лицо на телевидении, чтобы налоговая служба не взяла вас на карандаш. Выбор скрывать лицо — дело личное, но удивляет готовность телевидения сотрудничать с этим, позволяя каждому передавать сообщения в эфир без имени и лица. Обманчива прелесть и суетна красота.
В любом случае, М. понял, что этот гиммик исчерпан, его известность достигла предела, и теперь он хочет наслаждаться славой и деньгами. В длинном репортаже, вышедшем вчера в «Новостях выходных» на 12-м канале, Матан Хасан объяснил, что за маской, которую он наконец снял, стоит многое.
«И смертоносный боец в подразделении мистаравим, и чувствительная суперзвезда с суровой внешностью», — так описывали его. Он ездит на лошадях, обнимает родителей, стреляет в тире, молится на могиле Любавичского Ребе и ищет любовь. Он старается дистанцироваться от ограниченного милитаристского имиджа «мистарава» — и в то же время выходит выступать вооруженным перед тысячами людей, когда пистолет выглядывает из-за пояса. «Если произойдет инцидент, я готов отреагировать на него прямо со сцены», — заявил он. Поет и стреляет, как Идан Амеди с AliExpress.
26 лет разделяют «Шруфа» Циновича — сатирическую уловку, высмеивавшую потребность в душераздирающей истории для привлечения внимания СМИ, — и выход в свет Матана Хасана. Различия между ними многое говорят о нас как об обществе.
У «мистарава» нет трагической предыстории, зато есть тяжелый армейский баул и оружие двух размеров. СМИ и публика без ума от пистолетов. Добавьте к этому «верующий поп» и припевы про Бога, солдат, героизм и любовь — и вы получите именно то, что, как вы и представляли, скрывалось под маской. Молодой, красивый, боевой, замкнутый и продающий билеты на первое выступление в Кейсарии без маски.
Хаим Цинович год назад вернулся к исполнению песен «Шруфа». Оглядываясь назад, даже он, вероятно, признает сегодня: месяцы, когда он скрывался за маской, были пиком славы в его жизни.
«М. из Мистаравим» раскрыт — Новости выходных | Кешет 12, 20:00
