«Они хотели сломить меня»: свидетельства систематического сексуального насилия над украинскими пленными

Новые свидетельства украинских военнопленных, вернувшихся из России, раскрывают организованную систему пыток и сексуального насилия в местах заключения. Данные ООН и расследование «Уолл-стрит джорнэл» показывают, что эти нарушения не являются единичными инцидентами, а представляют собой психологическое оружие, систематически применяемое против задержанных.

Перед отправкой на фронт в 2022 году Сергей Бойчук сказал жене, что если попадет в плен, то не хочет оставаться в живых. Спустя несколько месяцев он был захвачен российскими силами. По его словам, более двух лет его избивали, пытали и подвергали жестокому сексуальному насилию. Даже сегодня, в возрасте 33 лет, он с трудом передвигается.

«Они хотели сломить меня психологически», — рассказал Бойчук «Уолл-стрит джорнэл». По его словам, тюремщики насиловали его с помощью бутылок и палок, а также приставляли нож к его половым органам. Он был освобожден в октябре 2024 года в рамках сделки по обмену пленными, но травмы и последствия пережитого остались с ним.

Свидетельство Бойчука не является единственным. Украинские военнопленные и гражданские лица, освобожденные из российских мест заключения, описали изданию повторяющуюся модель сексуального насилия, унижений и пыток. Эти показания соответствуют данным, собранным следователями ООН, украинской прокуратурой, спецслужбами и правозащитными организациями.

Накопление свидетельств вызывает подозрение, что сексуальное насилие в отношении пленных и задержанных не было результатом лишь точечных действий, а являлось методом, повторявшимся в различных учреждениях и предназначенным для унижения, запугивания, получения информации и подавления духа жертв.

По данным ООН, на сегодняшний день собраны свидетельства примерно по 310 случаям сексуального насилия, приписываемого российским силам с начала полномасштабного вторжения в Украину. Описанные действия включали изнасилования, групповые изнасилования, нанесение увечий половым органам, избиения и применение электрошокеров к половым органам.

Среди задокументированных жертв — 280 мужчин, 26 женщин и четыре девочки. Данные подчеркивают значительное изменение в модели, известной по многим другим конфликтам: если в начале войны фиксировалось множество сексуальных нападений на украинских женщин в захваченных городах и селах, то по мере затягивания войны попавшие в плен украинские солдаты стали основной частью известных жертв.

Бывшие пленные рассказывали, что их заставляли стоять, наклоняться или ходить обнаженными. Другие описывали удары током по половым органам, изнасилования с использованием предметов, а иногда и изнасилования, совершаемые непосредственно охранниками. Некоторые из них сообщили, что охранники говорили им, что цель издевательств — лишить украинцев возможности иметь детей.

Другие свидетельствовали, что им угрожали введением монтажной пены, которая расширяется и затвердевает после использования. «Те же свидетельства, та же форма издевательств, все повторяется по одной схеме», — сказал Михаил Романов, юрист Харьковской правозащитной группы, собравшей показания 11 бывших военнопленных.

По словам Дэвида Швендимана, бывшего американского и международного прокурора, расследовавшего военные преступления в Боснии, повторение одних и тех же методов в разных учреждениях может указывать на то, что речь идет не просто о вспышках насилия со стороны отдельных охранников.

«Ни один человек в цепочке командования не может утверждать, что в этих обстоятельствах он не знал, что происходит, даже если не отдавал прямого приказа совершать эти действия», — сказал он.

В некоторых случаях, согласно свидетельствам, насилие даже получало поддержку со стороны высокопоставленных лиц. Бывшие сотрудники российской пенитенциарной системы рассказали «Уолл-стрит джорнэл», что высокопоставленный чиновник службы исполнения наказаний в Санкт-Петербурге сказал охранникам, работавшим с украинскими пленными, что ограничений на применение силы нет. Согласно свидетельствам, насилие часто включало и сексуальные домогательства.

В другом случае, согласно документам украинского суда, прокуроры вменяют Александру Науменко, высокопоставленному офицеру Росгвардии, приказ о сексуальном насилии над 17 гражданскими задержанными в лагере в Ростовской области России. Бывшие задержанные опознали его на фотографиях, представленных следователями. Науменко не предоставил комментариев.

Гражданские лица на территориях, захваченных Россией, также рассказывали о тяжелых нарушениях. Галина Тищенко, 63 лет, рассказала, что в начале войны была изнасилована под дулом пистолета российским солдатом в своем доме. После этого, по ее словам, он вывел ее обнаженной на улицу при температуре ниже нуля.

Подразделение, в котором служил солдат, было размещено в доме в нескольких сотнях метров. Тищенко сказала, что убеждена в том, что его командиры знали об издевательствах.

Алексей Сивак, житель Херсона, был арестован после того, как вывесил украинский флаг в День независимости своей страны. По его словам, тюремщики показали ему старый полевой телефон и насмешливо сказали, что пришло время «позвонить Джо Байдену». После этого они подсоединили провода устройства к его половым органам и пропустили через них электрический ток.

Речь идет о методе пыток, известном уже много лет в российской пенитенциарной системе. По словам следователей ООН, охранники называют его «телефонный звонок Путину», а в прошлом его называли «телефонный звонок Ленину». Украинские следователи утверждают, что сам факт поставки старых телефонных аппаратов в различные учреждения свидетельствует о причастности и ответственности более высокопоставленных лиц.

Сивак был освобожден до отступления российских сил из Херсона. Сегодня он руководит группой поддержки для примерно 200 украинских мужчин, которые заявляют, что подвергались пыткам со стороны России.

«В российском подвале я кричал так громко, как будто весь мир мог слышать», — сказал он. «Теперь я хочу рассказать миру, что произошло».

По данным ООН, украинские военнопленные и гражданские лица подвергались издевательствам в девяти различных местах заключения внутри России. Украинские следователи утверждают, что в семи из них условия издевательств были особенно суровыми.

Все бывшие украинские военнопленные, опрошенные ООН, сообщили о пытках или бесчеловечном обращении в российских местах заключения. Более 70% из них рассказали, что издевательства включали также сексуальное насилие.

Украинский прокурор Анна Сосонская сообщила, что ее ведомство курирует около 400 расследований, касающихся сексуального насилия, приписываемого российским солдатам в отношении гражданских лиц. В 148 случаях жертвами были мужчины.

«Сексуальное насилие — это самый дешевый способ ведения войны», — сказала она. «Они используют его как оружие, чтобы унизить и сломить человека».

Полный масштаб явления до сих пор неизвестен. Россия неоднократно отказывала следователям ООН в доступе на контролируемые ею территории и в места заключения. Наряду с этим, страх мести, стыд и стигма заставляют многих жертв, как мужчин, так и женщин, не сообщать о пережитом.

Украинские силы также обвинялись в жестоком обращении с российскими пленными, но, согласно данным ООН, масштаб нарушений был значительно меньше. Около половины опрошенных российских пленных сообщили о некотором неподобающем обращении, но менее 5% рассказали о сексуальном насилии.

Согласно ООН и свидетельствам российских пленных, большинство случаев издевательств, приписываемых украинским силам, произошли вблизи линии фронта, вскоре после захвата. После перевода пленных в организованные места заключения они, как правило, получали надлежащее обращение.

Правительство Украины заявило, что случаи, приписываемые ее силам, расследуются, и подчеркнуло, что, в отличие от России, оно позволяет международным наблюдателям посещать места заключения и опрашивать пленных.

Кремль и Федеральная служба исполнения наказаний России отказались комментировать сообщение. Россия ранее отвергала обвинения в сексуальном насилии и издевательствах над пленными, утверждая, что они не имеют под собой оснований и продиктованы политическими мотивами.