Итамар Бен-Гвир против БАГАЦа: три года спустя
Три года назад Итамар Бен-Гвир обещал Верховному суду соблюдать закон и не вмешиваться в работу полиции. Однако, согласно данным прокуратуры, министр нарушил все свои обязательства, и послезавтра БАГАЦ вновь рассмотрит вопрос о его пребывании в должности.
Ровно три года назад, в апреле 2023 года, судьи БАГАЦа собрались для обсуждения петиции против назначения Итамара Бен-Гвира. Правительству было всего три месяца. Бен-Гвир, имевший судимость, не был уверен, что его новый статус на вершине правоохранительной системы страны будет с пониманием принят в Верховном суде, поэтому он занял примирительную позицию. Послезавтра БАГАЦ снова вернется к обсуждению его пребывания в должности. Игроки те же: премьер-министр, юридический советник правительства, министр национальной безопасности и сам БАГАЦ. Но страна изменилась, и они изменились вместе с ней. Другой Нетаниягу, другая Бахарав-Миара, другой Бен-Гвир и другой БАГАЦ. Нас ждет непростая дискуссия.
«Мое прошлое осталось позади», — обещал Бен-Гвир в БАГАЦе три года назад. — «Я выбрал другой путь. Я лоялен суду. Мои друзья слева и я — мы братья. И этот суд — мои братья. Я слышу о страхе перед «полицией мыслей» или запрете демонстраций и напоминаю вам, что теми, кто боролся за свободу слова и право на протест больше всех правозащитных организаций, были мы. Я не тот Бен-Гвир, что был шесть, семь, восемь лет назад. Я не продолжатель пути раввина Кахане».
Нетаниягу писал судьям с полуизвинением: он осознает проблему, которую представляет это назначение, но обязан учитывать результаты выборов, так как избиратели Бен-Гвира хотят видеть его в полиции. Судьи дали Бен-Гвиру «условное оправдание». Он продолжил исполнение своих обязанностей, но обязался вместе с премьер-министром не выходить за рамки полномочий. Бахарав-Миара дала свое согласие.
Однако каждое обязательство было нарушено. Документ о принципах напоминал бумаги, которые обеспокоенные родители дают на подпись гиперактивному ребенку. Как подробно изложено в уведомлении, поданном прокуратурой в преддверии заседания в БАГАЦе на этой неделе, Бен-Гвир нарушил всё: он вмешивался в расследования, в проведение демонстраций и в кадровые назначения за спиной генинспектора полиции.
Как в старой истории о Джордже Бернарде Шоу и леди Астор, спор идет не о сути, а о масштабах. Бен-Гвир утверждает через своих адвокатов, что нарушал обязательства лишь в немногих случаях и что его обещания не являются юридически обязывающими. Эпоха заискиваний закончилась: теперь он открыто демонстрирует пренебрежение к суду. Три года назад он говорил, что его прошлое позади, но теперь оно стало его главной опорой.
Новые нормы просачиваются из полиции в армию, в Шабак и в Командование тыла. Нетаниягу сегодня — это Бен-Гвир: между ними нет ни трещины. Испытание, перед которым стоят судьи БАГАЦа, касается не только министра, но и их самих. Хотя их не просят убрать его из правительства, а лишь перевести в другое министерство, любое решение против него настроит против суда власть и значительную часть общества. Министр юстиции, вероятно, предложит премьер-министру не подчиняться, что приведет к невообразимому кризису.
Справедливости в этом деле не будет. Вес на другой чаше весов еще тяжелее: примирение с грубым, ежедневным нарушением закона в ключевых вопросах правопорядка предвещает завершение главы Израиля как правового государства. Институт под названием Верховный суд продолжит существовать, но его авторитет окажется под угрозой.
Нормы Бен-Гвира уже отражаются на всей государственной службе. Нужно с тревогой наблюдать за перетеканием этих практик в армию и Шабак. Армия зачастую вынуждена действовать в русле политических предпочтений полиции. Во всем, что касается внутренних вопросов, Нетаниягу сегодня един с Бен-Гвиром: в его глазах БАГАЦ стал проблемой, требующей решения. Он не просто выбрал сторону — он слился с ней.
На таких перекрестках БАГАЦ обычно предпочитает компромисс или отсрочку. В течение полугода должны состояться выборы, после которых в полицию может быть назначен другой министр. Зачем приближать конец и обострять спор? Но, возможно, у судей нет такой привилегии. Министр по обеспечению соблюдения закона, который сам его нарушает, — это пример для всего режима. Если все дозволено, то под угрозой оказываются и выборы, и независимость суда. Первыми, кто должен забить тревогу, являются судьи консервативного крыла Верховного суда. Это испытание, прежде всего, для них.
