Из Нетании — на передний край науки: как «Тева» создает лекарство от целиакии
Гигантская сделка на полмиллиарда долларов, антитело, нацеленное на иммунную систему, и амбициозная попытка остановить аутоиммунные заболевания еще до их проявления: «Тева» вступила в гонку по разработке нового биологического препарата для лечения целиакии и витилиго. Инбаль Бен-Элиэзер, возглавляющая доклинические исследования, приоткрывает завесу над сложным процессом создания терапии, способной изменить жизнь миллионов пациентов.

В январе прошлого года компания «Тева» подписала соглашение на сумму до полумиллиарда долларов с инвестиционной компанией Royalty Pharma. Цель — ускорить разработку нового антитела для лечения аутоиммунных заболеваний, где разрыв между медицинской потребностью и существующими решениями остается критическим. В рамках сделки «Тева» получила первоначальное финансирование в размере десятков миллионов долларов для продвижения передовых клинических испытаний с возможностью расширения инвестиций до сотен миллионов в зависимости от результатов.
На первый взгляд, это очередной стратегический шаг фармгиганта по укреплению портфеля разработок. Однако за инвестициями скрывается более масштабная цель: изменить точку вмешательства при аутоиммунных заболеваниях, перейдя от лечения последствий к воздействию на сам механизм их возникновения.
За кулисами доклинических исследований
Инбаль Бен-Элиэзер, директор и руководитель группы в отделе доклинических исследований «Тева», позволяет заглянуть в лаборатории, где фундаментальная наука превращается в терапевтическую надежду. В центре внимания — антитело TEV-53408. Этот экспериментальный препарат тестируется на двух фронтах: целиакия, хроническое заболевание кишечника, и витилиго, аутоиммунное поражение кожи. Выбор не случаен: в обоих случаях иммунная система выходит из-под контроля, и ученые надеются, что общий механизм станет ключом к лечению обоих состояний.
«Всё начинается в отделе Discovery. Исследователи обнаружили белок на клетках иммунной системы, который при проникновении инородного тела отвечает за маркировку и создание локального воспаления. Когда этот белок экспрессируется бесконтрольно, он становится движущей силой целиакии. Наше антитело предназначено для блокировки этого белка», — объясняет Бен-Элиэзер.
Целиакия и витилиго: общая проблема
«Целиакия поражает клетки кишечника, — продолжает эксперт. — Люди с этим диагнозом чувствительны к глютену. При его употреблении иммунные клетки в кишечнике начинают бесконтрольно разрушать его стенки, вызывая хроническое воспаление, боли, вздутие и нарушение всасывания питательных веществ. Сегодня, кроме строгой диеты, эффективного медикаментозного лечения не существует, и даже отказ от глютена помогает не всем».
При витилиго та же иммунная реакция принимает иную форму. «Клетки памяти иммунной системы в коже выходят из-под контроля и атакуют меланоциты, отвечающие за пигментацию. В результате образуются белые пятна. Хотя это не угрожает жизни физически, болезнь наносит тяжелый удар по психическому здоровью и самооценке пациентов, часто приводя к депрессии», — отмечает Бен-Элиэзер.
Путь от теории к терапии
До недавнего времени лечение аутоиммунных заболеваний основывалось на широком подавлении иммунитета. Современный подход, напротив, требует высокой точности. Биологические препараты, такие как TEV-53408, нацелены на специфические пути, что минимизирует побочные эффекты и позволяет вводить лекарство реже — раз в несколько недель.
Однако путь от молекулы до пациента долог. В исследовательском центре «Тева» в Нетании, где работают более 400 ученых, каждая гипотеза проходит проверку практикой. «Мы должны понять, как лекарство связывается с белком, влияет ли оно на другие клетки и какие механизмы можно использовать для борьбы с иными заболеваниями», — говорит Бен-Элиэзер.
От лаборатории к клиническим испытаниям
Сейчас препарат перешел на стадию клинических испытаний, где проверяется безопасность и эффективность на людях. Параллельно команда инженеров «Тева» разрабатывает сложный процесс производства биологического препарата, который требует стерильности и ювелирной точности.
«Мы работаем шаг за шагом. Наша цель — выйти на рынок в ближайшие годы, но пока рано называть точные сроки. Более того, мы уже изучаем потенциал препарата для лечения других аутоиммунных заболеваний. Это наше будущее, и мы работаем на переднем крае науки», — заключает Бен-Элиэзер.





