Израильтянин, покоривший Эверест: «Я понял, что любая ошибка может стать последней»

21 мая 2026 года Эйтан Айзенштейн поднялся на вершину горы Эверест и стал 12-м израильтянином, достигшим самой высокой точки в мире. В возрасте 56 лет, после более чем 30 лет мечтаний, тяжелой травмы и длительного процесса реабилитации, он завершил миссию, которая считается одной из самых сложных и опасных в мире альпинизма. Айзенштейн присоединяется к узкому списку израильтян, достигших вершины, среди которых Дорон Арель, первым совершивший восхождение в 1992 году, Даниэль Вольфсон, ставшая первой израильтянкой на вершине в 2021 году, и Ран Краус, который в 2024 году посвятил свой поход памяти друга, погибшего 7 октября.

С его точки зрения, достижение вершины было лишь частью истории. «Это была мечта всей моей жизни, — рассказывает он в беседе с mako. — Когда у тебя есть настоящая цель, ничто не должно останавливать тебя на пути к ней». Эверест стал пятой вершиной в рамках вызова «Семь вершин» — проекта, в ходе которого альпинисты покоряют самую высокую гору на каждом из семи континентов. Айзенштейн начал этот путь еще в 1999 году, когда взошел на гору Денали на Аляске.

Год спустя он едва не погиб при попытке подняться на Аконкагуа в Южной Америке: «У меня началась тяжелая горная болезнь, отек мозга, и я оказался в смертельной опасности. Меня и еще одного товарища экстренно эвакуировали в базовый лагерь. Только в 2015 году я вернулся туда и завершил миссию».

Любовь к вызовам проявилась у него еще в юности. Айзенштейн вырос в кибуце Сдот-Ям. В 15 лет он начал бегать на длинные дистанции, а уже в 16 с половиной завершил марафон в Тверии, став одним из самых молодых израильтян, добившихся такого результата. Позже он мечтал попасть в «Шайетет», но за четыре месяца до окончания курса получил травму: «У меня порвалась барабанная перепонка, и я больше не мог нырять. Я перевелся в БААД-8. До сих пор мне тяжело с водой, я даже не могу плавать».

Последние три десятилетия он живет в США, женат на израильтянке, воспитывает троих детей. Один из его сыновей поднимался с ним на Килиманджаро в 12-летнем возрасте.

Путь через боль

Около десяти лет назад казалось, что мечта об Эвересте навсегда останется недостижимой. Во время тренировки по триатлону он попал в аварию на шоссейном велосипеде: «Я раздробил таз и ключицу. Перенес сложную операцию с установкой металлических пластин, было повреждение нервов. Я оказался в инвалидном кресле».

После месяцев реабилитации он смог снова ходить, но боли не отступали. «Я уже внес крупный аванс за экспедицию на Эверест, которая стоит от 80 до 100 тысяч долларов. Внезапно я не смог тренироваться должным образом. Физиотерапевт запретил почти все нагрузки, я остался только с эллиптическим тренажером. На гору я прибыл в плохой форме». Опасаясь за свое состояние, он решил отказаться от большой группы и нанять частного гида.

Путешествие к вершине длилось почти два месяца. Трудность заключается не в весе, а в высоте, на которой организм перестает функционировать привычным образом. По его словам, одним из самых тяжелых испытаний стало одиночество: «Ты неделями находишься вдали от семьи и работы, стараясь держать дистанцию с другими, чтобы не подхватить болезнь, которая может прервать экспедицию».

Несмотря на это, он поддерживал связь с домом. «Я говорил с женой из четвертого лагеря, за мгновение до подъема в «зону смерти». Это место, где уровень кислорода критически низок, и любая ошибка может стать фатальной. Если у тебя заканчивается кислород, некому тебя спасти. Некоторые люди просто остаются там навсегда».

Моменты, которые не забыть

Картины, сопровождавшие его в пути, врезались в память. «Мы застряли на очень узком участке. Я видел тело, которое лежало там уже много лет. На мгновение мне показалось, что человек просто спит». Позже он видел мемориальные доски альпинистам, не вернувшимся с горы. «Еще до начала подъема я осознал, где нахожусь».

В базовом лагере он заметил поток ледника: «Внезапно я увидел человеческую кость. Когда мы подошли ближе, обнаружили целое тело. Это моменты, которые не выходят из головы». При спуске с вершины он столкнулся с альпинистом, который боролся за жизнь: «Я видел человека, висящего на веревке. Его маска сползла на челюсть, он кричал 'Help'. Мой гид вернул ему кислород, но его собственный гид бездействовал». Айзенштейн просил остановиться и помочь, но сопровождающий приказал продолжать: «Он сказал мне: 'Иди дальше. Ты хочешь сейчас отказаться от своей цели?'. Я был полностью зависим от него».

Несмотря на достижение вершины, чувство было не таким, как он представлял себе все эти годы. «Обычно я плачу, когда достигаю вершины. В этот раз я не проронил ни слезинки. После всего увиденного я думал лишь о том, как спуститься в целости». В базовом лагере он нашел утешение в чтении книг Виктора Франкла и Эли Шарави. «Там я как раз заплакал». Он добавляет, что, хотя не считает себя религиозным человеком, в моменты опасности ловил себя на молитве: «Каждый раз, когда мы пересекали трещину в леднике, я шептал 'Шма Исраэль'».

Сегодня Айзенштейн смотрит вперед. Чтобы завершить вызов «Семь вершин», ему осталось покорить Эльбрус в России и Косцюшко в Австралии. А что будет потом? «Не знаю, но моя жена, наверное, будет довольна, что я стану чаще бывать дома».