Как пустынный берег Сардинии превратился в рай для миллиардеров
Коста-Смеральда, когда-то забытый уголок Сардинии, сегодня является одним из самых эксклюзивных направлений в мире. История этого преображения началась в 1958 году, когда принц Ага-хан IV случайно обнаружил здесь нетронутую красоту и решил создать уникальный курорт.
На пляже Лишия-Руджа (Liscia Ruja) на северо-востоке Сардинии вода имеет оттенок, который невозможно описать словами: изумрудно-зеленый, настолько глубокий и яркий, что кажется, будто кто-то вылил краску в море. Песок ослепительно белый, а на заднем плане возвышаются розовые гранитные скалы, выточенные ветром в причудливые формы. Это один из самых красивых пейзажей в Средиземноморье, а возможно, и во всем мире. Шестьдесят лет назад почти никто не знал о существовании этого места.
Коста-Смеральда (Costa Smeralda), что в переводе с итальянского означает «Изумрудный берег», — это прибрежная полоса протяженностью 55 километров. Сегодня это одно из самых дорогих и эксклюзивных направлений на планете: ночь в отеле стоит тысячи евро, яхты миллиардеров стоят в марине, как машины на парковке, а летом невозможно попасть в ресторан без бронирования, сделанного за несколько месяцев. История того, как пустынный берег пастухов превратился в игровую площадку для богатейших людей мира, — одна из самых захватывающих в современном туризме.
Принц, шторм и забытый берег
История начинается в 1958 году, когда Ага-хан IV, принц Карим аль-Хусейни, духовный лидер около 15 миллионов мусульман-исмаилитов и один из богатейших людей мира, шел на своей яхте по Средиземному морю. Согласно легенде, неожиданный шторм заставил его пришвартоваться у неизвестного берега на севере Сардинии. Когда шторм утих и молодой принц — которому тогда было всего 22 года — вышел на берег, он не поверил своим глазам: изумрудная вода, девственные пляжи, гранитные скалы удивительных форм и ни одного человека вокруг.
В то время северо-восток Сардинии был одним из беднейших регионов Италии. Местное население состояло в основном из пастухов и рыбаков, живших в простых условиях. Не было ни мощеных дорог, ни отелей, ни какой-либо туристической инфраструктуры. Район был краем света — потрясающе красивым, но абсолютно изолированным. С точки зрения итальянских властей, это было богом забытое место.
Ага-хан увидел то, чего не видели другие: возможность создать курорт, который навсегда изменит мир туризма. В марте 1962 года вместе с группой инвесторов он основал консорциум «Коста-Смеральда». Структура выкупила около 55 километров береговой линии у местных семей, иногда по цене в несколько сотен итальянских лир за дунам. Итальянский архитектор Луиджи Виетти дал этому месту его мифическое название, проявив маркетинговое мышление задолго до прибытия первых туристов.
Запрещено строить выше деревьев
Уникальность Коста-Смеральды заключалась не только в деньгах, но и в видении. Ага-хан не хотел создавать еще одну Французскую Ривьеру или Майами-Бич. Он стремился к элитному направлению, которое выглядело бы так, будто оно выросло из самого ландшафта. Вместе с французским архитектором Жаком Куэлем они сформулировали строгий архитектурный кодекс, беспрецедентный для мира недвижимости.
Самое известное правило: запрещено строить здание, высота которого превышает высоту окружающей растительности. Каждое строение должно вписываться в ландшафт, использовать местные материалы — гранит, можжевельник, черепицу земляных оттенков — и сохранять естественную палитру. Запрещалось использовать открытый бетон, выходить за разрешенную линию застройки и трогать естественные гранитные скалы. Результат был потрясающим: роскошные отели выглядели как традиционные рыбацкие деревни, а виллы словно растворялись в ландшафте.
Отель «Кала-ди-Вольпе» (Hotel Cala di Volpe), открывшийся в 1963 году, стал шедевром этого видения. Куэль спроектировал его так, чтобы он напоминал старую рыбацкую деревню, расширявшуюся на протяжении поколений. Кривые стены, узкие проходы, маленькие мостики над бассейнами — все создавало иллюзию аутентичности. Ирония была совершенной: один из самых дорогих отелей в мире был построен так, чтобы выглядеть как дом бедного рыбака.
Игровая площадка миллиардеров
В 60-х и 70-х годах Коста-Смеральда с удивительной быстротой стала одним из самых востребованных мест в мире. Принц рассылал личные приглашения представителям европейской аристократии, кинозвездам и миллиардерам. Порто-Черво, центральный городок, построенный с нуля по проекту Луиджи Виетти, стал неофициальной столицей мирового элитного туризма.
Марина Порто-Черво, спроектированная для размещения крупнейших яхт, стала ареной тихой конкуренции между миллиардерами. На улочках открылись магазины крупнейших брендов, таких как Gucci, Prada и Burberry, а рестораны стали местами, где заключались сделки на миллионы. Звезды не заставили себя ждать: Элизабет Тейлор, Ричард Бертон, принцесса Диана, Сильвио Берлускони, а позже и Барак Обама — все они нашли путь к зеленым берегам Сардинии.
В 2012 году, после пятидесяти лет владения, принц продал свои активы катарскому суверенному фонду Qatar Holding за сумму около 2 миллиардов евро. Сделка потрясла местных жителей, для которых Ага-хан был не просто владельцем бизнеса, а основателем. С новыми владельцами из Персидского залива многие задавались вопросом, выживет ли первоначальный дух. Катарские инвесторы вложили сотни миллионов евро в ремонт, но также открыли двери для гигантских международных брендов. Переход элитных отелей, таких как Pitrizza и Romazzino, под управление глобальных сетей вроде Belmond и Cheval Blanc ознаменовал превращение закрытого клуба в отлаженную бизнес-машину.
Между ностальгией и будущим
Сегодня Коста-Смеральда находится на перепутье. Архитектурный кодекс остается в силе, поэтому здесь нет стеклянных башен, а строительство по-прежнему подчиняется закону «не выше деревьев». Однако критики утверждают, что первоначальное очарование исчезло. Цены выросли до астрономических уровней: ночь в «Кала-ди-Вольпе» в пик сезона может стоить 15 тысяч евро. Место, о котором Ага-хан мечтал как о естественном рае, превратилось в дорогие декорации для сверхбогатых.
Окружающая среда также платит свою цену. В 2019 году вступил в силу сардинский закон, запрещающий брать песок или ракушки с пляжей, так как туристы увозили домой мешки с белым песком, из-за чего некоторые пляжи начали уменьшаться.
И все же, стоя на пляже Гранде-Певеро, все еще можно понять, что увидел молодой принц в тот штормовой день 1958 года. Зеленая вода, розовые скалы, синее небо — все это по-прежнему там. Единственный оставшийся вопрос заключается в том, кому на самом деле принадлежит этот рай: миллиардерам, которые его купили, туристам, которые приезжают им насладиться, или самой Сардинии, которая тихо существовала здесь задолго до того, как кто-то решил, что она стоит миллиарды.
