Как «Религиозный сионизм» уступил контроль над религиозными институтами
Партия «Религиозный сионизм» сосредоточилась на вопросах безопасности и поселенчества, фактически оставив сферу религии и государства под контролем ШАС и ультраортодоксальных фракций. Анализ показывает, что партия проигрывает в борьбе за назначения городских раввинов, контроль над религиозными советами и реформу кашрута.
В последние недели партия «Религиозный сионизм» активно работает над предвыборной кампанией, стремясь представить себя защитником ценностей религиозно-сионистской общественности. Это происходит на фоне критики из-за отсутствия четкой позиции по закону о призыве и низких рейтингов, которые в течение полугода не позволяли партии преодолеть электоральный барьер.
Однако в среде религиозных сионистов формируется устойчивое ощущение: в вопросах религии и государства ультраортодоксы добиваются всего, чего хотят. Пока «Религиозный сионизм» концентрируется на безопасности и поселенчестве, демонстрируя там значительные успехи, в религиозной сфере он фактически сдает позиции. Источник в Министерстве по делам религий охарактеризовал ситуацию так: «Дери не отправил Смотрича в нокаут. Смотрич вообще не вышел на ринг. Ультраортодоксы играют на пустом поле».
Проверка «Исраэль ха-йом» подтверждает, что партия уступила диктату ультраортодоксальных фракций, прежде всего ШАС, в вопросах назначения городских раввинов, председателей религиозных советов и попытках отмены реформы кашрута.
18 назначений против четырех
Данные о назначении городских раввинов говорят сами за себя. Из 22 назначений, произведенных за каденцию нынешнего правительства, 18 приходятся на долю ШАС, 2 — на ХАБАД, и лишь 4 — на представителей религиозно-сионистского сектора. При этом многие назначения, связанные с ШАС или ХАБАДом, носят наследственный характер, что закрепляет долгосрочный контроль над должностями.
Раввин Ашер Сабаг, член правления организации «Цохар», отмечает, что религиозный сионизм «полностью уступил все города», включая те, где преобладает религиозно-сионистское население, например, Ариэль и Гиват-Шмуэль. Охад Вайглер из организации «Итим» добавляет, что в большинстве «общих» городов, где проходят выборы раввинов, «Религиозный сионизм» даже не пытается бороться.
Политическое распределение и религиозные советы
При назначении судей (даянов) сохраняется «сделка о третях». В Верховный раввинский суд были назначены трое судей от религиозного сионизма, двое — от сефардских ультраортодоксов и двое — от ашкеназских. В региональных судах распределение выглядит как 7:7:7 между религиозными сионистами, ШАС и ультраортодоксами.
Ситуация в религиозных советах, обладающих значительной властью, еще более показательна: 44 председателя советов были назначены партией ШАС. Бывший министр по делам религий Матан Кахана, ныне член партии «Исраэль бейтену», отмечает, что при нем назначения проводились на профессиональной основе, но после прихода ШАС в министерство большинство глав советов от религиозного сионизма были заменены.
Один из смещенных глав религиозного совета утверждает, что представители ШАС использовали давление через Министерство внутренних дел, чтобы добиться своих целей. По его словам, Бецалель Смотрич, возглавляющий Министерство финансов, «отказывается опускаться до уровня угроз», что приводит к потере позиций.
Реформа кашрута: шаг назад
Депутат Охад Таль от «Религиозного сионизма» активно продвигает законодательство, возвращающее монополию раввината и отменяющее реформу кашрута, инициированную Каханой. Эта реформа была призвана открыть рынок для конкуренции, в том числе для организации «Цохар». Поворот к прежней системе рассматривается как победа ультраортодоксальных фракций.
Недавнее разрешение для «Цохар» действовать под регуляцией Главного раввината было фактически аннулировано Советом Главного раввината и генеральным директором Министерства по делам религий. Матан Кахана возмущен этим решением, отмечая, что возврат к старой системе лишь восстанавливает прежние пороки.
Вайглер объясняет, что приоритеты Смотрича направлены на выживаемость коалиции ради продвижения политики в Иудее и Самарии, за что он готов платить высокую цену в религиозных вопросах. Раввин Сабаг добавляет, что среди части «хардаль» существует «комплекс неполноценности» по отношению к ультраортодоксальному миру, мешающий критиковать их действия.
Позиция сторон
В партии ШАС заявили: «На всех выборах в раввинаты ШАС не выражала своего мнения и приветствовала каждого избранного раввина. Утверждение, будто ШАС диктует личность раввинов, лишено всякого основания и направлено на то, чтобы вбить клин между ШАС и религиозно-сионистской общественностью». Партия «Религиозный сионизм» не предоставила ответа на запрос.
