Кнессет готовится принять закон о суде над террористами «Нухбы»

Даже на фоне беспрецедентно низкого уровня отношений между министром юстиции и юридическим советником правительства, существует тема, по которой они объединили усилия: закон о предании суду террористов «Нухбы», который, как ожидается, будет принят в Кнессете в ближайший понедельник. Несмотря на попытки министра Ярива Левина добиться отставки советницы Гали Бахарав-Миары, они работали вместе на профессиональной основе, отложив в сторону личную и институциональную вражду, чтобы виновные в зверствах 7 октября понесли наказание.

Формирование правовой базы закона возглавил бывший главный военный прокурор, генерал-майор запаса Шарон Афек, ныне заместитель юридического советника правительства. «Черная работа» по сбору доказательств была поручена десяткам следователей полиции, включая подполковника Ринат Сабан и полковника Рути Хауслих, чье продвижение по службе ранее пытался остановить министр Итамар Бен-Гвир. Над доказательной базой, часть которой была собрана в ходе маневра ЦАХАЛа в Газе и операций Шабака, трудились сотрудники прокуратуры Южного округа под руководством адвоката Эреза Падана. Они проанализировали судебно-медицинские находки, протоколы допросов и сотни видеозаписей убийств, изнасилований и похищений.

В прокуратуре отмечают, что многие сотрудники столкнулись с тяжелыми психологическими последствиями, просматривая сцены ужаса для подготовки материалов к уголовному процессу, который будет транслироваться по всему миру. Законодательный процесс довели до финишной черты депутат Юлия Малиновская («Наш дом Израиль») и председатель законодательной комиссии Симха Ротман при поддержке Ярива Левина.

«Со времен процесса над Эйхманом, а затем процесса над Демьянюком, Государство Израиль не проводило судебных процессов подобного рода», — отмечает высокопоставленный юридический источник. По словам адвоката Лилах Вагнер, главы отдела по борьбе с тяжкими преступлениями министерства юстиции, важно было сохранить соответствие израильской правовой системе, несмотря на хаотичные условия сбора доказательств.

Ожидание и масштаб процесса

Законодательный процесс затягивался до возвращения последнего живого заложника из опасений, что введение смертной казни для террористов «Нухбы» может нанести ущерб переговорам или привести к расправе над пленными. Изначально речь шла о 300 обвиняемых, однако сейчас их число превышает 400 человек. Рост обусловлен непрерывной работой Шабака и ЦАХАЛа по выявлению причастных к резне 7 октября.

Закон охватывает преступления, совершенные в период с 7 по 10 октября 2023 года, и квалифицирует их как преступления против еврейского народа, преступления против человечности и военные преступления. Он также распространяется на деяния, совершенные позднее против похищенных израильтян. Обвинительные заключения будут рассматриваться специальным военным судом в Иерусалиме. Судебные процессы разделят по географическому принципу: сектор Беэри, сектор «Нова» или сектор Нир-Оз.

В состав суда войдут три судьи, включая председателей или судей окружных судов, призванных на резервистскую службу. Апелляционный суд возглавит судья Верховного суда в отставке. В случае вынесения смертного приговора апелляция будет автоматической. Обвиняемые получат право на адвоката; если защитник не будет выбран самостоятельно, его назначит суд, а расходы будут взысканы с Палестинской автономии путем вычета из переводимых ей средств.

Права потерпевших и прозрачность

В большинстве случаев обвиняемые будут участвовать в заседаниях по видеосвязи из мест заключения. Физическое присутствие предусмотрено лишь на ключевых этапах: оглашение обвинения, дача показаний, оглашение вердикта и приговора. Особое внимание уделено правам семей убитых и похищенных, а также жертв насилия. Они смогут присутствовать на заседаниях или наблюдать за ними из отдельного зала.

Заседания будут публичными, видео- и аудиозаписи будут переданы в Государственный архив. Ключевые этапы процесса будут транслироваться на специальном веб-сайте. Судьи будут одобрять публикацию материалов только в том случае, если общественный интерес не нарушает частную жизнь потерпевших. Как гласит закон, справедливость должна не только свершиться, но и быть видимой — однако не ценой разрушения жизней тех, кто пострадал от террора.