«Когда Израилю будет 100»: светский лагерь и демографический вызов
Через 22 года Израиль отметит столетний юбилей, однако демографические прогнозы для светского населения страны выглядят неоднозначно. В третьей части серии репортажей мы анализируем, как поляризация общества, экономические трудности и кризис системы образования влияют на будущее самого многочисленного слоя израильтян.
Всего через 22 года Израиль отметит значительную веху — 100 лет со дня своего основания. В третьей части специальной серии репортажей «Когда Израилю будет 100» мы сосредоточились на светских израильтянах — широкой группе, составляющей самую большую часть населения страны (включая традиционалистов).
Светские граждане составляют половину населения, то есть более пяти миллионов человек. Несмотря на процессы секуляризации, переводящие религиозных граждан в светский лагерь, и растущую эмиграцию, число светских людей к 100-летию государства в количественном выражении все равно вырастет. Однако их процентная доля внутри страны, как ожидается, значительно сократится. Главный вопрос: как эти демографические изменения повлияют на светский сектор в ближайшем будущем?
Раскол, проникающий в дома
Политическая поляризация в Израиле не останавливается у порога дома, а проходит сквозь семьи, влияя на повседневную жизнь. В семье Ариали-Меламед из Реховота Илан и Ронит ведут постоянные споры по коренным вопросам государства, доходящие до того, что супруги предпочитают готовить еду раздельно.
Илан, голосующий за правых, обвиняет протесты на улице Каплан и саму Ронит в развале армии: «Люди, которых ты поддерживала, ради которых ходила на демонстрации, — это те, кто развалил армию изнутри». Ронит, придерживающаяся левых взглядов, парирует: «Левые устроили 7 октября, чтобы свергнуть Биби? Хватит. Если бы это был любой другой премьер-министр, ты был бы первым, кто потребовал бы его отставки».
В Модиине, в семье Саруси, реальность проявляется в битве за пульт и выпуски новостей. Двора рассказала, что они с мужем Давидом смотрят новости по отдельности: «Давид идет в душ, и тогда я смотрю то, что хочу. Когда я в душе — он смотрит свое». Супруги придерживаются противоположных взглядов еще с первого свидания. Давид видит в этом споре борьбу за идентичность государства между еврейским характером и глобальным гражданским аспектом, в то время как Двора выражает шок от того, что Биньямин Нетаниягу все еще занимает свой пост: «Это безумие, я не верила, что через год он останется премьер-министром. А прошло уже более двух лет».
Эта поляризация ведет к пессимистичным прогнозам относительно будущего совместного проживания. Илан Меламед надеется, что большинство левых покинут страну, чтобы наступил покой, в то время как Ронит признается: если нынешняя коалиция будет избрана снова, она не будет чувствовать себя здесь своей. «Мне действительно нечего здесь искать», — говорит она. Илан добавляет, что ненависть просочилась повсюду, разрушая даже личные отношения.
Предупреждение экспертов: образование и экономика в упадке
Демографические прогнозы тесно связаны с образованием, и здесь ситуация вызывает тревогу. Процент ультраортодоксальных учеников вырос до 26% в минувшем году, при этом большинство из них не изучают основные предметы (либа) и не участвуют в международных сравнительных тестах. Средний балл израильских школьников по математике, английскому языку и чтению находится в нижней части списка развитых стран.
Профессор Дан Бен-Давид, экономист и президент института «Шореш», предупредил о последствиях: «Половина детей сегодня в Израиле получают образование третьего мира. Когда они вырастут, они не смогут содержать экономику первого мира. Это значит, что здесь не будет ни современной системы здравоохранения, ни социального обеспечения, ни армии первого мира».
Параллельно наблюдается снижение престижа профессии учителя. За последнее десятилетие упал средний балл психометрического теста у студентов педагогических факультетов, а в прошлом году выяснилось, что лишь 26% учителей иврита в начальных школах соответствуют профессиональным критериям. «Это гейм-чейнджер для Израиля», — подчеркивает Бен-Давид.
На экономической арене налоговое бремя ложится на узкую группу. Сегодня 20% населения финансируют 93% подоходного налога в Израиле (для сравнения: 25 лет назад этот показатель составлял 83%). Стоимость жизни также остается крайне высокой: средняя зарплата израильтян позволяет купить на 26% меньше, чем средняя зарплата европейского работника за тот же час труда. В расходах на жилье разрыв достигает 37%.
Израильская мечта о покупке квартиры становится все менее достижимой: в 2025 году для приобретения жилья требовалось в среднем 167 зарплат, тогда как в 2007 году — 100. Профессор Серджо Делла Пергола, демограф из Еврейского университета, отмечает, что если Израиль опустится в индексе человеческого развития до уровня стран вроде Колумбии или Ганы, многие люди не захотят оставаться.
Кипр: спокойствие за морем
Семья Сибони из мошава Лузит — яркий пример тех, кто выбирает отъезд из-за стоимости жизни и постоянного давления. Мали, налоговый консультант, и Исраэль, парикмахер из Бейт-Шемеша, переехали в Пафос с четырьмя дочерьми. «Это ощущение, что государство является твоим партнером более чем в 50% того, что ты делаешь. И это не только налоги. Проценты, арнона — все растет», — объясняет Мали экономический мотив.
Переезд стал потрясением для расширенной семьи. Мира, мать Мали, репатриировавшаяся из Узбекистана в 1974 году из глубоких сионистских убеждений, с трудом приняла этот шаг: «Я приехала издалека, чтобы быть здесь, а они уезжают». Тем временем младшие дети Сибони уже интегрируются в местную систему образования на Кипре.
Новая жизнь в Пафосе предлагает иной темп. Если в Израиле Мали работала по семь часов в день, то здесь планирует работать всего два. Исраэль, оставивший парикмахерскую в Бейт-Шемеше, нашел покой среди иностранных друзей: «Мне весело в их компании, потому что они в другом вайбе. Они не живут в стрессе и не смотрят новости по телевизору».
Сибони присоединяются к растущему израильскому сообществу на Кипре, насчитывающему сотни семей. Статистика подтверждает тенденцию: в прошлом году зафиксирован рекорд — около 30 тысяч уроженцев Израиля эмигрировали. Моти Альхадаф, владелец местной таверны, говорит: «Мы приехали сюда не из-за денег. Есть вещи, которые нельзя купить, — например, спокойствие».
Таким образом, у светских израильтян есть веские причины для беспокойства. Вопросы равенства в распределении бремени и характера государства остаются на повестке дня, и именно от их решения будет зависеть будущее светского общества в Израиле.
