«Когда звучит сирена, все бегут, а я остаюсь позади»
Яэль Яна, 34-летняя жительница Беэр-Шевы с детским церебральным параличом, рассказывает о трудностях, с которыми сталкиваются люди с инвалидностью во время ракетных обстрелов. Из-за архитектурных барьеров доступ к убежищам становится для них серьезным испытанием, требующим поиска нестандартных решений.
Яэль Яна | Фото: личный альбом
Я хорошо помню первую сирену. Громкий звук, от которого подпрыгивает сердце и который вводит целую страну в состояние боевой готовности. Люди встают и бегут в ближайшее защищенное пространство. Все происходит быстро, почти автоматически. Но у меня первая мысль была другой: не только о том, где находится убежище, но и о том, успею ли я вообще добраться до него вовремя?
Меня зовут Яэль, мне 34 года. У меня детский церебральный паралич, и я передвигаюсь в инвалидной коляске. Я живу в Беэр-Шеве, в собственной квартире, с иностранной работницей, которая помогает мне в повседневной жизни. Я веду максимально независимый образ жизни, но есть вещи, в которых я все еще завишу от помощи других.
В обычное время моя жизнь полна и значима. Я общественная активистка, веду группы в рамках проекта «Кавайя митгальгелет» («Опыт на колесах») в «Бейт ха-гальгалим» («Дом колес») и выступаю с лекцией под названием «Побеждая все препятствия», в которой рассказываю историю своей жизни и путь преодоления трудностей. Но даже в обычное время жизнь с инвалидностью требует постоянного планирования. Когда люди без инвалидности приходят в новое место, они просто заходят. Они не спрашивают себя, есть ли там ступеньки, лифт или доступен ли путь.
У меня все иначе. Перед каждым выходом из дома я проверяю: доступно ли это место? Как далеко оно находится? Есть ли на пути ступеньки? Смогу ли я вообще зайти внутрь? Моя жизнь полна таких маленьких решений. Но война меняет правила игры. Когда звучит сирена, люди встают и бегут в защищенное пространство. Я не могу бежать. И иногда я завишу от другого человека, который поможет мне добраться до безопасного места.
В моем доме есть убежище, расположенное на этаже моей квартиры. По всей видимости, отличное решение, но в течение многих лет оно было для меня недоступно. На входе в него есть небольшая ступенька вверх, а сразу за ней — еще одна ступенька вниз. Для человека, идущего пешком, это почти не ощущается. Для моторизованной инвалидной коляски это настоящий барьер.
Во время сирены, когда каждая секунда судьбоносна и вокруг сильное напряжение, эти две ступеньки превращались в препятствие, которое я не могла преодолеть. И так, каждый раз, когда звучала сирена, соседи бежали в убежище, а я оставалась позади. Не потому, что не хотела дойти, а потому, что не могла. Единственное место, до которого я успевала быстро добраться, была лестничная клетка. Там я ждала, пока закончится сирена. Это не было чувством безопасности. Это было прежде всего чувство уязвимости.
В один из дней я поняла, что не могу продолжать ждать, пока кто-то другой решит проблему. Я решила действовать. Я опубликовала пост в Facebook и написала, что ищу кого-то, кто сможет помочь мне найти решение для обеспечения доступности убежища в моем доме. К моему удивлению, ко мне обратился слесарь, который увидел пост и работает с металлом. Человек, которого я не знала, пришел посмотреть место, проверил вход в убежище, немного подумал, а затем просто сказал: «Мы найдем для этого решение».
Через короткое время он установил железные пандусы: один стационарный внутри убежища и один переносной на входе. Внезапно место, до которого я не могла добраться годами, стало доступным. Убежище наконец-то стало местом, куда я могу попасть во время сирены. Это может звучать как небольшое изменение, но для меня это целый мир. Иногда простое решение и добрая воля одного человека могут изменить всю реальность. Именно в этот сложный период я встретила хороших людей на своем пути. Людей, которые готовы на мгновение остановиться, выслушать и помочь.
Но этот случай также напомнил мне о важной вещи: люди с инвалидностью не должны в одиночку бороться за свое право быть в безопасности. Даже во время войны нельзя забывать о нас. Люди с инвалидностью не просят особого отношения. Мы просим об одной простой вещи — иметь возможность добраться до безопасного места точно так же, как и все остальные.
Страх во время войны все еще существует, конечно. Он есть у всех нас. Но я стараюсь не позволять ему управлять мной. Я держусь за веру, за свои внутренние силы и за надежду. «Бейт ха-гальгалим» для меня — еще один источник силы. Это не просто структура, это сообщество. Семья. Место, которое напоминает тебе, что ты не одна. И в периоды войны это знание — что вокруг тебя есть люди, которые понимают, поддерживают и укрепляют — иногда является самым важным защищенным пространством, которое у нас есть.
Автор является ведущей групп в рамках проекта «Кавайя митгальгелет» в «Бейт ха-гальгалим».
