Комбриг «Нахаль» из Южного Ливана: «Мы уничтожили инфраструктуру «Хезболлы», населения здесь нет»
Полковник Эрик Мояль рассказал, что силы бригады действуют на глубине нескольких километров к северу от границы, в деревнях, которые ранее служили центрами деятельности «Хезболлы». Он подчеркнул, что операция призвана создать «пространство безопасности» и устранить прямую угрозу поселениям Севера.
Командир бригады «Нахаль» полковник Эрик Мояль рассказал в интервью из Южного Ливана: «Мы находимся в 4 км к северу от Штулы. Дальше нас, на расстоянии 6-7 км в глубину, действуют силы бригады «Нахаль». Мы находимся в зоне безопасности: в деревне Айта-аш-Шааб, а в глубине, в деревне Бейт-Лиф, также работают наши бойцы».
О ситуации на местности после массированной атаки на первую и вторую линии деревень в Южном Ливане он сообщил: «Здесь нет населения. В этой деревне был дом, где располагался командный пункт, осуществлявший подготовку к похищениям солдат ЦАХАЛ, которые привели ко Второй ливанской войне. Теперь бойцы ЦАХАЛ дошли до этого здания и уничтожили всю инфраструктуру «Хезболлы» в данном районе».
Комбриг «Нахаль» прокомментировал критику операции «Стрелы севера» и подчеркнул: «Она создала для нас плацдарм для нынешних действий. Если бы не операция «Стрелы», нам было бы гораздо сложнее. Мы уничтожили тогда много вражеской инфраструктуры. В местах, куда мы приходим, мы знаем, чего ожидать. Мы работаем в зонах, где не были в ходе операции «Стрелы севера», поэтому находим огромное количество вооружения».
Полковник Мояль сравнил нынешнюю зону безопасности с той, из которой ЦАХАЛ вышел 26 лет назад: «Разница в том, что здесь нет шиитского населения, которое помогало террористам. Кроме того, мы находимся в более узкой полосе и действуем так, чтобы обеспечить качественную защиту жителей перед лицом всех вызовов, стоящих перед ЦАХАЛ».
Также комбриг отметил: «Мы находимся здесь для того, чтобы жители Севера могли отводить своих детей в детский сад. Это наша роль и наша задача. Мы действуем очень обдуманно. Возможно, мы будем нести потери, но это происходит вместо гражданских лиц. Наша цель — создать пространство безопасности, предотвратить рейды и убедиться, что территория очищена от военной инфраструктуры и средств ведения боя. Мы выполняем поставленную задачу».
Комбриг «Нахаль» сравнил террористов ХАМАС и «Хезболлы»: «Бойцы ХАМАС были гораздо более дерзкими, в то время как «Хезболла» отступала в каждом месте, куда мы приходили, и не спешила атаковать нас. Они ждали, пока мы буквально дойдем до дома, до комнаты, до двери, за которой они нас поджидали. Поэтому спецназ «Нахаль» и бригада «Нахаль» заплатили здесь очень тяжелую цену. Но нам удалось в каждом месте, куда мы пришли, ликвидировать их и заставить отступить. Они определенно менее дерзки в ближних боях и инициативе, однако они активно используют огонь с дальних дистанций и средства, полученные от иранцев и других держав. Против этого у нас есть методы эффективного противодействия».
Отвечая на вопрос о задачах на ближайшее время, комбриг сказал: «Завтра День памяти павших солдат ЦАХАЛ. Мы помним. Спустя 20 лет после того, как мой зять пал в Бинт-Джбейле, и спустя полтора года после того, как мой брат погиб здесь, в Ятруне, дух героизма бойцов ЦАХАЛ продолжает жить. Я горжусь всеми бойцами, в том числе резервистами инженерного батальона, и горжусь тем, что являюсь командиром в ЦАХАЛ в этот день».
Комбриг «Нахаль» потерял своего зятя и брата, Шауля Мояля (благословенна его память), в боях с «Хезболлой»: «Личные чувства менее важны, чем ответственность командира. Ты понимаешь, какова цена, и осознаешь, что каждое действие должно быть максимально ответственным. Никому не нужно объяснять мне эту боль. Но я хочу, чтобы жители Севера и окрестностей Газы жили в безопасности, как живет моя семья. К моему большому сожалению, у этого есть цена. Это наша очередь. Я сказал солдатам на Песах, что они — поколение возрождения».
