Концепция «линии соприкосновения»: между Шароном и Самарией
Теракт на прошлой неделе должен послужить предупреждающим знаком. Он напоминает нам, что населенные пункты «линии соприкосновения» — это не пригороды Шарона, а приграничные общины во всех смыслах.
Между населенными пунктами Шарона и Самарии проходит воображаемая граница. Для террористов она лишена смысла, однако лица, принимающие решения, до сих пор опираются на нее в своей концепции безопасности.
В воскресенье террорист открыл огонь по пешеходам в районе «линии соприкосновения», проник в населенный пункт Цур-Ицхак, обстрелял Салаит и продолжил путь в Цур-Натан. Там сработал сигнал тревоги, и жителям приказали закрыться в домах. Террорист открыл огонь по офицеру безопасности и члену отряда самообороны, вышедшим на перехват. Рав-сарар в резерве Хаим Калумити (55 лет) был убит, офицер безопасности получил тяжелые ранения.
За две недели до теракта было принято решение о выводе солдат подразделений территориальной обороны (ХАГМАР) из части населенных пунктов. После 7 октября в каждом из них размещались четыре бойца ХАГМАР, составлявшие оперативную силу под командованием офицеров безопасности. В крупных поселениях один офицер и отряд добровольцев не могут в одиночку нести бремя защиты.
Трудно утверждать, существует ли прямая связь между расформированием подразделений ХАГМАР и терактом без профессионального расследования. Однако эти события отражают ошибочное восприятие пространства безопасности в Израиле. Теракт и вывод сил ХАГМАР — два симптома одной болезни: склонности классифицировать пространство согласно административным определениям, не соответствующим реальности.
Населенные пункты «линии соприкосновения» оказались между двух огней. Они слишком близки к границе, чтобы считаться тылом, но слишком близки к центру, чтобы восприниматься как фронт. В общественном сознании они не считаются приграничными, как «конверт Газы» или поселения в Иудее и Самарии, и часто пользуются близостью к центрам занятости. Однако с точки зрения безопасности они находятся в активной зоне трения, рядом с забором и путями проникновения.
Одним из главных выводов 7 октября стало понимание того, что невозможно определять уровень риска населенного пункта согласно устаревшим категориям. Реальность доказала: территории, годами считавшиеся тылом, могут за считанные часы стать первой линией обороны. Урок заключается в необходимости оценивать риск исходя из ситуации на местах, а не из привычек мышления.
Важный вопрос сегодня — какая концепция стоит за распределением ресурсов. Оцениваем ли мы угрозу на практике или продолжаем полагаться на старые различия между «Шароном» и «Самарией»? Пока мы будем управлять безопасностью согласно административным определениям, мы будем оказываться застигнутыми врасплох.
Тираэль Коэн — президент и основатель «Кедма — молодежное поселенчество».
