Крах концепции: разведывательные предупреждения по Ирану подтвердились

В США ведутся острые дискуссии вокруг ключевых стратегических оценок, предшествовавших войне против Ирана. Выясняется, что сценарий, который годами считался главной угрозой в случае военного столкновения с Тегераном, реализовался почти в точности так, как предсказывали эксперты по разведке и безопасности. Однако этим предупреждениям не было уделено достаточного внимания со стороны администрации Дональда Трампа.

В середине февраля, незадолго до начала войны, Корпус стражей исламской революции провел учения с боевой стрельбой в водах, прилегающих к побережью Ирана. Государственные СМИ Ирана широко освещали эти маневры под названием «Умный контроль в Ормузском проливе». Бывшие американские официальные лица заявляют газете «Нью-Йорк таймс», что эти учения послужили четким предупреждением относительно намерений и возможностей Тегерана.

Спустя считанные дни после начала войны Ирану удалось установить контроль над Ормузским проливом с помощью катеров, ракет и БПЛА, после чего он начал угрожать танкерам и коммерческим судам. Морское движение в регионе почти полностью остановилось, цены на энергоносители подскочили, и президент Дональд Трамп столкнулся со сложным стратегическим кризисом, которого, по всей видимости, не было в его планах.

Три месяца спустя Ормузский пролив служит важнейшим инструментом давления Ирана на переговорах с США. Контроль над морским проходом дает Тегерану рычаг влияния в контактах с администрацией Трампа по поводу иранской ядерной программы, которая на этом фоне кажется почти второстепенной.

Сам Трамп с трудом скрывает разочарование. В апреле он опубликовал сообщение в социальных сетях, потребовав от руководства Ирана вновь открыть пролив и пригрозив последствиями. В иранской армии ответили с насмешкой, заявив, что эти угрозы отражают американское бессилие.

По словам ряда бывших высокопоставленных американских чиновников, иранская реакция вовсе не была неожиданной. В течение многих лет американские администрации проводили военные игры и симуляции столкновения с Ираном. Раз за разом участники приходили к идентичному выводу: в случае широкомасштабной американской атаки Иран попытается закрыть Ормузский пролив.

Деннис Росс, занимавший высокий пост в Совете национальной безопасности при президенте Бараке Обаме, отметил, что в каждом сценарии пролив был центральной темой планирования. Предполагалось, что в случае войны это станет главным инструментом реагирования Тегерана.

Джон Болтон, занимавший пост советника по национальной безопасности в первой администрации Трампа, заявил, что невозможно поверить в то, что Трамп был удивлен закрытием пролива. По его словам, вопрос заключается в том, почему администрация оказалась не готова к результату, который прогнозировался на протяжении многих лет.

Эксперты полагают, что Трамп недооценил способность Ирана нарушить движение в проливе и одновременно переоценил способность США быстро завоевать контроль в этом районе.

Существует предположение, что Трамп ожидал падения режима в Иране до того, как тот успеет предпринять активные действия. Официальные лица в администрации также верили, что Иран не решится нанести ущерб собственной экономике путем закрытия основного маршрута экспорта нефти.

В «Нью-Йорк таймс» подчеркивают, что премьер-министр Биньямин Нетаниягу обещал Трампу накануне войны, что иранский режим можно будет свергнуть. Параллельно с этим Трамп подошел к конфликту после успеха в операции по задержанию президента Венесуэлы Николаса Мадуро, что, возможно, укрепило его уверенность в возможности быстрой смены власти в Тегеране.

Госсекретарь Марко Рубио также выражал сомнение в готовности Ирана закрыть пролив, называя это экономическим самоубийством. Однако эта оценка основывалась на ошибочном предположении, что Иран не сможет нарушить морское движение, не повредив собственному экспорту.

На практике Иран действовал иначе, чем предсказывали прогнозы. В течение многих лет эксперты полагали, что в случае конфликта он будет использовать в основном морские мины. Вместо этого Тегеран сделал ставку на ракеты и БПЛА, размещенные на берегу. При этом суда, перевозившие иранскую нефть, продолжали проходить через пролив в течение нескольких недель, не подвергаясь атакам.

Выяснилось, что американская разведка и армия недостаточно оценили роль беспилотных летательных аппаратов. Высокопоставленный бывший чиновник администрации Байдена отметил, что сценарии войны не отводили им столь значительной роли в закрытии пролива. Болтон добавил, что команда Трампа недостаточно сосредоточилась на этой угрозе.

Проблематичной оказалась и вера в то, что союзники США быстро присоединятся к усилиям по открытию пролива. Рубио прогнозировал, что весь мир встанет против Ирана, если тот предпримет такой шаг. На практике страны за пределами региона воздержались от участия в американском военном ответе. Коалиция под руководством Великобритании и Франции выразила готовность помочь в надзоре за проливом, но только после подписания официального соглашения между США и Ираном.

В мае Трамп пытался продвинуть ограниченную гуманитарную операцию «Проект Свобода» для вызволения застрявших танкеров, но она была прекращена через день из-за противодействия Саудовской Аравии, опасавшейся эскалации.

Кеннет Поллак, бывший аналитик ЦРУ, пояснил, что полное военное открытие пролива потребовало бы широкомасштабной наземной операции вдоль иранского побережья для уничтожения катеров, мин, ракет и БПЛА. Это всегда считалось одной из сложнейших военных проблем. Даже такая операция не гарантировала бы контроль из-за способности Ирана наносить удары по проливу с дальних дистанций.

Оглядываясь назад, американские чиновники признают: сценарий, которого опасались годами, реализовался почти в полном объеме. Несмотря на симуляции и предупреждения, администрация столкнулась с реальностью, которую знала на бумаге, но не смогла предотвратить.

Крах концепции в отношении союзников дополняет еще один провал: удивление тем, что Иран атаковал страны Залива, несмотря на их нормальные отношения с Тегераном. Перед войной лидер Ирана Али Хаменеи предупреждал, что кампания превратится в региональную войну. Все предупредительные сигналы были очевидны до начала конфликта, однако это не помешало Трампу выражать изумление в ходе войны по поводу масштабных атак Ирана против Саудовской Аравии, ОАЭ и других стран региона.