Криминализация множества — не криминализация: «дело 4000» должно было стать общественным, а не уголовным процессом
Судьи вновь предложили прокуратуре рассмотреть возможность отмены обвинения во взяточничестве по «делу 4000» — шаг, который может ускорить судебный процесс. Настойчивость в отношении этой статьи может закончиться провалом, наносящим ущерб доверию общества к прокуратуре, тогда как досудебное соглашение могло бы привести дело к завершению.
Незаконченная симфония суда над премьер-министром Биньямином Нетаниягу на этой неделе перешла на новый этап. Премьер-министр завершил дачу показаний, и судьи в очередной раз повторили свое предложение прокуратуре, сделанное около трех лет назад: рассмотреть возможность отмены обвинения по статье о взяточничестве в «деле 4000». Принятие этого предложения, как и желание судей — которое, очевидно, и на этот раз не будет реализовано в полной мере — ускорить темп слушаний до пяти дней в неделю, могло бы значительно сократить дальнейший путь.
Даже после пяти изнурительных лет слушаний, которые нередко сопровождаются медийным фестивалем внутри зала суда и за его пределами, конца процесса все еще не видно. И это без учета этапа апелляции, которая, скорее всего, будет подана в Верховный суд одной из сторон, или обеими, если они не придут к досудебному соглашению. Волокита, откладывание дел и судебные мучения — это «мать всех грехов» всей израильской судебной системы, но в данном случае они достигли новых высот.
Нередко складывается впечатление, что вместо того, чтобы суд управлялся судьями, он управляется главным обвиняемым и его адвокатами. Нет такого трюка или уловки, процедурной или сущностной, которая не была бы использована ими до конца и выжата досуха с целью отсрочить финал. Это противоречит заявлениям Нетаниягу в начале пути, согласно которым он имеет реальный интерес в выяснении истины и в том, чтобы его невиновность была доказана как можно скорее. Его поведение до сих пор показывает, что он не совсем уверен в своей невиновности.
Действительно, в эту бесконечную сагу внесла свой вклад и прокуратура. Ее настойчивость в стремлении осудить Нетаниягу по статье о взяточничестве выглядела проблематичной с самого начала — как с правовой, так и с доказательной точки зрения. Несмотря на то, что в теоретическом плане нет препятствий для того, чтобы рассматривать даже благожелательное освещение в СМИ — и тем более регуляторные послабления для СМИ — как предоставление выгоды, которая может в определенных обстоятельствах приравниваться к взятке, прецедента этому в израильском праве нет.
Отношения «ты — мне, я — тебе» между политиками и представителями СМИ — это общеизвестный факт, не требующий доказательств. Практика «дай мне эксклюзив или сочную утечку, и получишь взамен благожелательное освещение» всегда была их хлебом насущным. Не говоря уже о поколениях «придворных журналистов» и «рупоров», которые постоянно поддерживают с политиками вечный симбиоз. Нравится ли вам это явление или вы его презираете, это существующий факт. Перенос этого в уголовную плоскость, и особенно в сферу преступления взяточничества, самого тяжкого из всех, может привести к привлечению к уголовной ответственности всех депутатов Кнессета и министров.
В этом контексте следует повторить и подчеркнуть важный фундаментальный принцип в праве и в жизни в целом: криминализация множества — это не криминализация. За исключением самых крайних случаев, к которым, похоже, обстоятельства данного дела не относятся, предпочтительнее оставить благожелательное освещение на суд «общественного мнения», а не на уголовный суд, где требуется особенно высокий уровень доказательств — «вне всяких разумных сомнений». Это требование затрудняет, если не делает невозможным, осуждение за взяточничество в данном случае.
Более того, даже с тактической точки зрения настойчивость в этом вопросе не является разумной. Если обвинение потерпит неудачу в своей попытке осудить Нетаниягу по статье о взяточничестве, это станет для него «судным днем». Легко представить поток поношений и оскорблений, которые будут обрушены на сотрудников прокуратуры, работающих на службе обществу, в дополнение к порциям яда, которые уже сейчас на них выливаются. Как и у суда, у прокуратуры «нет ни меча, ни кошелька», и доверие общества к ней жизненно важно для ее устойчивости. Его потеря — это тяжелый удар для всех нас.
Даже если обвинению удастся осудить Нетаниягу по другим делам и пунктам, таким как мошенничество и злоупотребление доверием — сценарий, который кажется вполне вероятным в свете услышанных показаний, — запомнят только оправдание по делу о взяточничестве. Не исключено, что обстоятельства конкретного дела, затягивание процедур и возраст обвиняемого, приближающийся к восьмидесятилетию, не сильно изменят итоговое наказание, которое было бы назначено Нетаниягу, даже если бы он был осужден по статье о взяточничестве.
Повторное предложение судей удалить этот пункт обвинения является, таким образом, разумным и своевременным. Оно также может способствовать достижению разумного досудебного соглашения, с которым обе стороны смогут как-то жить, даже если и без особого энтузиазма, и наконец освободить общественность для занятия другими, не менее важными вопросами. В ближайшие дни мы узнаем, руководствуются ли сотрудники обвинения здравым смыслом и рассудительностью, или же дурным побуждением и жаждой «мести» к тому, кто, кажется, делает все, чтобы саботировать системы правосудия и закона. Им дали лестницу, чтобы спуститься с высокого дерева, на которое они взобрались — воспользуются ли они ею?
