Конец «шиитской оси» и начало «суннитского альянса»: новая опасность, угрожающая Израилю

На фоне ударов, приписываемых Израилю по военному аэродрому Абу-эд-Духур на севере Сирии, и углубления турецкого участия в стране, в Израиле усиливается дискуссия о том, как далеко может зайти трение между Иерусалимом и Анкарой. Три эксперта представляют сложную картину: с одной стороны, усиление Турции и враждебность, которую демонстрирует президент Реджеп Тайип Эрдоган по отношению к Израилю; с другой стороны, предупреждение против политики, которая превратит стратегическое соперничество в прямое военное столкновение.

Меир Бен-Шаббат, бывший советник по национальной безопасности и глава Совета национальной безопасности, один из архитекторов «Соглашений Авраама», а ныне глава Института стратегии и безопасности «Мисгав», в интервью газете «Маарив» предостерег от самоуспокоенности на фоне событий в Сирии и регионального усиления Турции. По его словам, Израиль должен продолжать стремиться к мирным соглашениям, но не ценой отказа от активов безопасности или полагаясь на соглашения, которые могут оказаться обратимыми. «Нельзя отказываться от стремления к миру, — говорит он, — но нельзя позволять ему лишить нас рассудка».

«Турция использует изменения на Ближнем Востоке и конкуренцию между великими державами за формирование мирового порядка, чтобы утвердить свой статус ведущей региональной силы», — говорит Бен-Шаббат. По его словам, «этот процесс, наряду с амбициями Эрдогана и его враждебностью к Израилю, действительно повышает потенциал трений и стратегического столкновения с Израилем. Мы видим это в нескольких точках».

Первая точка — Сирия. После краха режима Асада и вынужденного отступления иранского военного присутствия, по его словам, Турция стала доминирующим игроком в стране. «Анкара углубляет свое влияние через финансирование и обучение «новой сирийской армии», создание энергетической инфраструктуры, транспортной инфраструктуры и многое другое», — говорит он.

Бен-Шаббат также указывает на то, что он определяет как более широкий процесс формирования региональных альянсов. По его словам, подписание «Мекканского соглашения о совместной обороне» между Турцией, Саудовской Аравией и Пакистаном отражает подъем центральной суннитской оси, призванной обеспечить взаимную защиту и региональную стабильность без полной зависимости от Вашингтона, и ставит Турцию в положение политического и военного лидерства.

Еще один очаг — морское пространство. Бен-Шаббат упоминает доктрину «Голубая родина» Анкары и утверждает, что турецкие амбиции в Восточном Средиземноморье сталкиваются с интересами и союзами Израиля с Грецией и Кипром, создавая постоянную арену трений. К этому он добавляет отношение Анкары к ХАМАС. «Турция продолжает принимать на своей территории высокопоставленных лиц из руководства ХАМАС, некоторые из которых участвуют в руководстве террористическими ячейками в Иудее и Самарии прямо с земли Стамбула», — говорит он.

По его словам, наряду с политическими и военными шагами, Турция ведет также юридическую и информационную кампанию против Израиля: «Турция в настоящее время ведет всеобъемлющую кампанию по институционализации обвинений против Израиля с помощью ряда мер и судебных процедур. Это делается для того, чтобы представить Израиль как международного преступника, чьи действия выходят за рамки базовых норм и международного права».

«Турция — это не Иран»

С другой стороны, Дани Ситринович, старший научный сотрудник Института исследований национальной безопасности (INSS), предупреждает, что именно продолжение израильской деятельности в Сирии может приблизить Израиль к военному столкновению с Турцией. По его словам, отношения Израиля и Турции драматически ухудшились после 7 октября. Поддержка турецким правительством ХАМАС и резкая критика Эрдогана в адрес Израиля углубили кризис и сделали отношения более враждебными, чем они были в течение многих лет.

Тем не менее, он просит различать Анкару и Тегеран. «Турция — это не Иран», — подчеркивает он. По его словам, Анкара продолжает разрешать поток азербайджанской нефти в Израиль, не блокирует полностью свое воздушное пространство для израильских рейсов и сохраняет дипломатическое представительство в Израиле. Каналы связи между странами также не исчезли. Министр иностранных дел Турции Хакан Фидан и глава разведки Ибрагим Калын хорошо известны своим коллегам в Израиле, и отношения — хотя они находятся в глубоком кризисе — все еще не разорваны.

Поэтому, по его словам, стратегическая задача Израиля состоит не в том, чтобы предотвратить превращение Турции из друга в соперника — процесс, который уже в значительной степени произошел, — а в том, чтобы не допустить превращения соперничества в военное столкновение.

«Столкновение с Анкарой будет совершенно другим уровнем»

Ситринович напоминает, что Турция является членом НАТО, что Эрдоган поддерживает близкие отношения с президентом США Дональдом Трампом и что ее военные возможности значительно больше и совершеннее, чем у любого государственного противника, с которым Израиль сталкивался в последние десятилетия.

По его словам, прямое столкновение с Анкарой будет «совершенно иным стратегическим уровнем». Он считает, что израильская деятельность в Сирии ставит под угрозу и без того расшатанные отношения, особенно когда в настоящее время нет эффективного механизма для управления напряженностью и предотвращения военных трений. Вместо того чтобы ограничиваться угрозами и ударами вблизи районов, где существуют турецкие интересы, он предлагает Израилю установить прямой канал связи с Анкарой и попытаться выработать понимание относительно правил игры в Сирии.

Ситринович также предостерегает от представления Ахмада а-Шара как турецкого филиала. По его словам, а-Шара действительно в значительной степени опирается на поддержку Анкары, но между сторонами существуют также различные интересы и очаги напряженности.

«Израильское опасение может стать самоисполняющимся пророчеством»

По его оценке, продолжение угроз и израильской военной деятельности может создать самоисполняющееся пророчество: израильское опасение по поводу враждебного турецкого закрепления может привести к действиям, которые заставят саму Турцию увидеть в Израиле угрозу — и в ответ углубить свое военное участие в Сирии.

Это не означает, подчеркивает он, что Израиль должен игнорировать свои интересы безопасности или «пресмыкаться перед Анкарой». Путь к восстановлению отношений еще долог и в значительной степени зависит также от будущего израильской политики в Газе, но военная деятельность без политического диалога может обострить конфликт без необходимости.

«Когда выбор стоит между атакой на несколько самолетов, которые едва способны взлететь, и попыткой достичь понимания с Турцией относительно характера ее участия в Сирии, исключительное полагание на военную силу ставит под угрозу израильские интересы», — написал он.

По его словам, Турция не собирается исчезать из Сирии. Если Анкара решит вооружить а-Шара, она сможет сделать это и без израильского согласия. Главный вопрос заключается в том, произойдет ли это в рамках пониманий и правил игры или внутри динамики эскалации, где каждая сторона интерпретирует действия другой как подготовку к столкновению.

Не обязательно «суннитская ось» против Израиля

Ситринович также не согласен с концепцией, согласно которой Турция обязательно строит «суннитскую ось», призванную заменить шиитскую ось под руководством Ирана. По его словам, у Анкары есть свои значительные региональные амбиции, и некоторые из них определенно сталкиваются с израильскими интересами, но у обеих стран есть также общий стратегический интерес: ни одна из них не заинтересована в возвращении сильного иранского режима, обладающего решающим влиянием на Ближнем Востоке.

Поэтому, по его мнению, Израиль должен сочетать военное сдерживание, дипломатию и механизмы, которые позволят управлять трениями. «Конец дела в обдумывании заранее», — заключил он. «Именно потому, что Турция является значительной региональной силой, Израиль должен сочетать военное сдерживание с дипломатией и механизмами управления трениями. В Сирии разрыв между демонстрацией силы и скатыванием к столкновению, которого никто из сторон на самом деле не хочет, может быть очень мал».

«Нетаниягу стремится прояснить, что ничто не ограничивает его в Сирии»

Также политический обозреватель Махмуд Алуш, работающий из Турции, видит в ударах по Абу-эд-Духуру поворотный момент — но интерпретирует их иначе. «Израильские авиаудары по военному аэродрому Абу-эд-Духур открывают новую главу израильской эскалации против Сирии», — утверждал он.

По его словам, Израиль в последнее время подготовил почву для эскалации на трех уровнях: политический дискурс, представляющий а-Шара как врага; разведывательные публикации об израильской обеспокоенности ускорением наращивания сирийских военных возможностей — обеспокоенность, которая, по его утверждению, является «искусственной и преувеличенной» и призвана оправдать эскалацию — а также ужесточение риторики против Турции и ее роли в Сирии. Алуш утверждает, что относительное затишье в последние месяцы создало впечатление, что позиция Трампа ограничивает свободу израильских действий в Сирии, и что Нетаниягу сейчас стремится прояснить, что не считает себя ограниченным на арене.

По его словам, ускоряющееся сближение между Турцией и Сирией также является ключевым фактором. Отношения между странами, по его словам, развиваются быстро и выигрывают от позиции Трампа, и Нетаниягу стремится сорвать этот процесс, прежде чем он укрепится и станет реальностью, которую будет трудно изменить в будущем. Алуш даже связал этот шаг с избирательной кампанией в Израиле и заявил, что электоральное давление влияет на решения Нетаниягу: «Избирательная урна остается фактором, который оказывает сегодня наибольшее давление на Нетаниягу. И он ищет еще одну войну».

Таким образом, в то время как Бен-Шаббат указывает на турецкое усиление, которое обязывает Израиль сохранять свои активы безопасности и не полагаться только на соглашения, Ситринович предупреждает о скатывании, которое превратит регионального соперника в военного врага, а Алуш видит в ударах израильскую попытку остановить турецко-сирийское закрепление. Все трое согласны по крайней мере в одном: Сирия быстро становится центральной ареной, где встречаются интересы Израиля и Турции — и пространство для ошибки становится все меньше.