Большинство расследований закрыты, лишь два обвинительных заключения: как ЦАХАЛ боролся с мародерством
Несмотря на заявления Эяля Замира о том, что он считает мародерство в ЦАХАЛе серьезным проступком, армия не публиковала данные. Только после запроса «Движения за свободу информации» стало известно: за время войны было открыто 27 расследований военной полиции, из которых лишь два привели к обвинительным заключениям. ЦАХАЛ заявляет, что каждое подозрение тщательно проверяется.
В конце апреля начальник Генштаба ЦАХАЛ генерал-лейтенант Эяль Замир высказался о явлении мародерства в армии. «Явление мародерства, если оно существует, является позорным и может запятнать весь ЦАХАЛ. Если такие инциденты имели место, мы их расследуем. Мы не оставим это без внимания», — заявил он на совещании высшего командования. Он поручил командирам батальонов представить отчеты о ситуации в подразделениях, а в случаях обнаружения доказательств — передавать дела в военную полицию для уголовного расследования.
Тем не менее, данные об открытых расследованиях не публиковались. Вслед за запросом «Едиот ахронот» и ynet, «Движение за свободу информации» подало запрос на получение данных о расследованиях, начатых из-за случаев мародерства в Ливане и секторе Газа. Согласно ответу ЦАХАЛа, с 2023 года по первую половину 2026 года было открыто 25 расследований по подозрению в мародерстве в секторе Газа: 3 в 2023 году, 19 в 2024 году, 2 в 2025 году и одно в первой половине 2026 года. Из них было подано лишь два обвинительных заключения — оба в 2025 году — которые завершились сделками о признании вины: в одном случае обвиняемый был осужден за мародерство, во втором — за менее тяжкое преступление (кражу).
Что касается северного сектора, где наземная деятельность ЦАХАЛа началась в конце 2024 года, было открыто всего два дела по подозрению в мародерстве на территории Ливана, однако обвинительные заключения по ним не подавались. Фактически, из 27 расследований военной полиции только два (около 7%) дошли до суда. Этот показатель может свидетельствовать о трудностях сбора доказательств или о низком приоритете данных дел.
«Разрыв между преступлениями на местах и отсутствием привлечения солдат к суду можно было обнаружить только через процедуру свободы информации», — заявил адвокат Иди Негев, генеральный директор «Движения за свободу информации». — «Возмутительно, что ЦАХАЛ борется с публикацией информации, а не с уголовными преступлениями».
В статье, опубликованной в мае 2026 года, бойцы свидетельствовали о случаях мародерства: «Мы встречали много резервистских сил на границе, они просто забирали всё: оружие, сувениры, украшения, одеяла. В секторе Газа кто-то залез в грузовик с диваном, там была драка. 7 месяцев назад каждая рота обустроила себе зону, полную оборудования из сектора, включая гостиные», — рассказывал старшина (в резерве) А.
В прошлом месяце был арестован резервист из Нетивота, хранивший дома автомат Калашникова, снайперскую винтовку и боеприпасы. В ходатайстве об аресте упоминались подозрения в мародерстве, однако позже полиция сообщила, что обвинение переквалифицировано на торговлю и хранение незаконных боевых средств, а пункт о мародерстве исчез.
Пресс-служба ЦАХАЛа прокомментировала ситуацию: «ЦАХАЛ с большой серьезностью относится к любому посягательству на гражданскую собственность и однозначно запрещает акты мародерства. Любое подозрение тщательно проверяется. В случаях, когда формируется достаточная доказательная база, принимаются дисциплинарные и уголовные меры, включая привлечение к суду».
