Турецкая стратегия: как Эрдоган планирует взять под контроль Ливан
Анкара стремится использовать ослабление «Хезболлы» для укрепления своего влияния в Ливане и срыва процесса сближения Бейрута с Израилем. Если силы Ахмада аш-Шараа разгромят «Хезболлу», Израиль столкнется с турецким присутствием не только в Сирии, но и на своей северной границе.
С 7 октября 2023 года Ближний Восток претерпел радикальные изменения, в большинстве из которых Израиль участвовал напрямую или косвенно. События в регионе развиваются по принципу домино, напоминая сложную шахматную партию.
Одним из самых значимых ходов президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана стало использование его протеже в Сирии, Ахмада аш-Шараа (Абу Мухаммада аль-Джулани), для переворота против Башара Асада вскоре после завершения операции «Стрелы Севера» против «Хезболлы». В Анкаре понимали, что на фоне ослабления России, Ирана и разгрома «Хезболлы» никто не сможет помешать их планам.
Трамп: аш-Шараа «сделает работу лучше, чем Израиль»
Прошло около полутора лет с момента сирийского переворота, ставшего результатом долгосрочных турецких инвестиций. Аш-Шараа и его бойцы не смогли бы удержаться в Идлибе без постоянных поставок денег, наемников и продовольствия из Турции. Сегодня Израиль ведет прямые переговоры с правительством Ливана, «Хезболла» вытеснена с юга страны, а аш-Шараа воспринимается Западом как легитимный партнер.
На полях саммита G7 во Франции президент США Дональд Трамп предложил доверить Сирии борьбу с «Хезболлой», заявив, что аш-Шараа «сделает работу лучше, чем Израиль». Под этим подразумевается жесткая зачистка шиитских элементов в Ливане. Для Трампа использование сирийских сил — способ ликвидировать «Хезболлу» без риска для американских военных.
Не стоит заблуждаться: эта стратегия разработана в Анкаре. Ранее Турция уже блокировала планы Вашингтона по использованию курдского подполья (PJAK) против Ирана, опасаясь национального пробуждения курдов. Теперь же Эрдоган стремится реализовать свою неоосманскую внешнюю политику.
Эрдоган стремится к выгоде от интересов Трампа
Турецкая модель прокси-управления через марионеточные правительства оказалась эффективнее иранской модели с негосударственными субъектами. Контролируя власти Сирии, Ливии и Сомали, Анкара получает политические, экономические и военные выгоды. В Ливане Эрдоган видит двойную возможность: доступ к капиталам для восстановления страны через турецкие компании и укрепление позиций ради получения истребителей F-35 от Вашингтона.
Израиль для Эрдогана — не просто сторонний наблюдатель. Когда Израиль признал независимость Сомалиленда, Турция немедленно направила истребители F-16 в Могадишо, закрепив свое присутствие. Подобная тактика «постоянного присутствия» характерна для турецкой внешней политики.
Риски для Израиля
Анкара активно сближается с Бейрутом. Недавний визит премьер-министра Ливана Наджиба Микати в Турцию, где ему вручили мемуары его деда, подчеркивает османский вектор политики. Израиль не может позволить себе пассивность перед лицом возможного вторжения армии аш-Шараа в Ливан. Если Турция использует сирийскую армию для разгрома «Хезболлы», Израиль столкнется с турецким влиянием у своих границ. Предстоящий визит Биньямина Нетаниягу в Вашингтон может стать последним шансом остановить этот сценарий.