Пресс-секретарь ЦАХАЛа раскрыл свою посттравму: «Я не знаю, какой ущерб я нанес своей семье»

Пресс-секретарь ЦАХАЛа, бригадный генерал Эфи Дефрин, рассказал в армейском подкасте, что столкнулся с посттравматическим расстройством после военной службы, во время которой он получил тяжелое ранение в битве при Салуки во время Второй ливанской войны.

«Мне потребовалось очень много лет, чтобы понять, что со мной происходит, потому что это не обычное ранение. "Посттравма" звучит как какое-то проклятие, своего рода безумие. Это не обычное ранение. Я помню, как меня поначалу спрашивали: "Что с тобой? У тебя нет руки? У тебя нет ноги?". Это невидимое ранение, его на тебе не видно. Это то, что ты несешь глубоко внутри, и это влияет на твое поведение».

По словам Дефрина, существуют явления, которые могут навредить окружающим, даже если человек не справляется с ними должным образом. «Если ты осознаешь это и умеешь заботиться о себе, ты помогаешь не только себе, но и своей близкой семье, своим подчиненным и коллегам. Мне важно сказать людям, которые были в бою, особенно после этой долгой войны, которая идет уже почти три года: прежде всего, позаботься о себе. Если ты герой, если ты храбр — иди и позаботься о себе».

Дефрин признался: «Я сказал бойцам, что вернулся в батальон и подавил это. И это вредит. Я не знаю, какой ущерб я нанес своему окружению и своей близкой семье. Я вырастил замечательных детей, но я уверен, что повлиял на них в той или иной степени. Я их отец. И я лечился, и прекращал, и лечился, и возвращался».

На вопрос о том, в чем помогло лечение, Дефрин ответил:

«Есть раны, от которых не избавляются. Это не только тот момент, когда в меня стреляли и ранили, нет, это множество явлений. Не зря это называют посттравмой. Это событие, когда тело находится под давлением и чувствует, что не собирается пережить ситуацию, и это происходит несколько раз. И когда ты поднимаешься после этого, оно сопровождает тебя очень много лет».

По его словам, триггеры могут быть самыми разными: «Самое известное — это хлопанье дверями. Они выводят меня из себя. Я здесь, в лагере Авив, всегда делаю замечания садовнику с воздуходувкой, это тоже выводит меня из себя. У каждого это проявляется по-разному. Я помню себя в начале, когда еще не понимал: ты едешь летом, и вдруг вспышка солнца, которая замораживает тебя на секунду, и ты чувствуешь, что ты сейчас в танке, и по тебе стреляют. А ты посреди Тель-Авива, на морском пляже или в любом другом месте, где это может тебя застать».

«Когда ты осознаешь это и умеешь заботиться о себе и преодолевать эти моменты, это очень помогает», — заключил Дефрин.