Отец Шани Лук: «Дочь Мири Регев эвакуировали с фестиваля «Нова» до 06:29»
Ниссим Лук, отец покойной Шани Лук, убитой в ходе теракта 7 октября, в интервью радиостанции 103FM прокомментировал встречу с министром Мири Регев: «Она была удивлена и сразу зашла в свой трейлер».
Ниссим Лук, отец покойной Шани Лук, убитой в ходе теракта 7 октября после похищения с фестиваля «Нова», поделился сегодня утром в интервью радиостанции 103FM воспоминаниями о том дне. «Это были нелегкие дни. Я проснулся рано утром, услышав ракетные обстрелы в сторону Тель-Авива», — рассказал он.
Он добавил: «Примерно в 10:00 один из друзей Шани прислал мне фотографию. Я узнал татуировки на ее ноге, а ее машина въехала в сектор Газа и исчезла».
Лук также рассказал о том, как удалось найти тело дочери: «Двое сотрудников ЗАКА, которые случайно остановились помолиться на обочине, увидели волосы и следы крови. Проведенный анализ ДНК подтвердил, что это Шани. Нам повезло, что они оказались там и передали находку в Институт судебной медицины».
Он с болью отметил: «С 7 октября пропали 3000 детей. Каждую пятницу, совершая кидуш, я вижу пустой стул. Это трагедия тысяч семей. На прошлой неделе погибли двое солдат, и я думаю о том, что их отцы будут чувствовать, когда их детей не окажется за столом».
Встреча с Мири Регев
Ниссим Лук прокомментировал инцидент с министром Мири Регев: «На парковке в Махане-Йегуда я увидел трейлер Мири Регев, где проходила фотосессия. Я был раздражен и сказал им: «Вы стали причиной 7 октября — вы виновны в убийстве моей дочери». Мири Регев была удивлена и сразу зашла в трейлер, полностью исчезнув из виду. Затем ко мне подошли люди из ее окружения и начали обвинять меня в том, что «я стал причиной 7 октября».
«Дочь Мири Регев эвакуировали с фестиваля «Нова» в 04:30 утра, — заявил он. — Ее вывезли до начала событий. Если это правда, то здесь есть вещи, которые мы не понимаем».
Он подверг жесткой критике партию «Ликуд»: «Я зол на «Ликуд», который стал левым. Коррупция ослепляет нас и разрушает народ Израиля изнутри».
В заключение он добавил: «Имя моей дочери — Шани, что символизирует перемены. У нас есть кровавый долг перед 3000 детей. Мы обязаны вернуть честность, ценности и справедливость. Не может быть, чтобы Биньямин Нетаниягу отдавал нашу землю».
