Левин атакует коллег по коалиции: «Я не получил должной поддержки»

В интервью радиостанции 103fm министр юстиции подвел итоги своей каденции, раскритиковал Верховный суд, противников реформы и своих коллег по коалиции, заявив, что не получил от них полной поддержки.

Источник:Walla
+
POLITICS // ASSEMBLY WIRE

В эксклюзивном интервью радиостанции 103fm министр юстиции Ярив Левин подвел итоги своей работы в Министерстве юстиции, которая характеризовалась противостоянием с Верховным судом, широкой общественной критикой и спорами вокруг судебной реформы. Наряду с резкой критикой судебной системы, Левин обрушился на своих коллег по коалиции, заявив, что не получил необходимой ему поддержки.

Левин коснулся поворотного момента, который, по его словам, нарушил ход работы: «Нет сомнений, что я не получил всей той поддержки, которую должен был получить. Если бы вся коалиция выступила как один человек и не сдалась в «ночь Галланта», не задержав законодательный процесс, мы бы не остановили реформу. Я думаю, что это было отступление перед лицом насилия, чего делать было нельзя. Я предупреждал тогда, что если мы поддадимся, это воспримут не как попытку компромисса, а как капитуляцию, и нас раздавят».

Он добавил: «В то время никто уже не верил, что у меня что-то получится. Я не сдался и не опустил руки. Я не занимаюсь разочарованиями, я смотрю на суть. Как только правда вырвалась наружу, остановить этот процесс стало невозможно. При первой же возможности я возобновил реформу, и мы достигли огромных успехов. Я ожидаю не только победы на выборах, но и полной поддержки после них, чтобы исполнить волю народа и завершить реформу».

Говоря о противостоянии с Верховным судом, министр отметил: «Это была самая значимая каденция, которую когда-либо проводил министр юстиции. Каденция огромных перемен, раскрытия правды и закладки основ для завершения процесса в будущем. Срывание масок и изменение того, что годами происходило беспрепятственно — это основа для любых больших перемен».

По его словам, «раскрытие правды привело к ряду достижений: изменению метода выбора судей, реформе комиссии по жалобам на судей, назначению судей в окружные и мировые суды, у которых раньше не было шанса, и выводу Отдела по расследованию преступлений, совершенных сотрудниками полиции (МАХАШ), из-под контроля прокуратуры. Список длинный и беспрецедентный. Мы еще не завершили всю работу, и не все возможно сделать одним махом».

«Диктуют обществу свои ценности»

Левин определил Израиль как «судебную диктатуру» и раскритиковал сопротивление реформе: «В диктатурах нельзя ожидать, что власть добровольно передаст полномочия народу, когда тот восстает. Обычно в такой ситуации пытаются закрутить гайки, заставить людей отчаяться, и это то, что мы видим в судебных решениях. Судьи понимают, что прежней реальности больше не будет. Система, в которой горстка людей выбирает сама себя по методу «друг приводит друга» и диктует обществу ценности, не получившие большинства на выборах, — это противоположность демократии».

Он подчеркнул: «Власть судьи — это противоположность верховенству закона. Есть группа, привыкшая править так, как это происходит в диктатурах. Когда народ видит правду, они пытаются заставить нас отчаяться. Многие судьи говорят мне, что если правые победят на выборах, особенно если я вернусь в Министерство юстиции, мы завершим эти перемены».

Левин добавил, что общественность поддерживает процесс: «Поддержка огромна, и процесс продвигается. Те, кто выступает против, — это главы судебной системы, пытающиеся абсурдными постановлениями остановить нас, но у них ничего не выйдет».

Затем он коснулся закона о МАХАШ: «Процесс ведется профессионально. Я убежден, что мы получим не только нового главу МАХАШ, но и независимый отдел, не подчиняющийся прокуратуре. Все заявления и постановления — это отчаянные попытки системы, которая понимает, что джинн выпущен из бутылки и колесо невозможно повернуть вспять».

В заключение он отметил, что результаты выборов определят будущее реформы: «Если мы победим, на основе подготовленной инфраструктуры мы сможем завершить работу. В следующей каденции сменяются две трети судей Верховного суда. Даже сами судьи знают, что если мы победим, они будут вынуждены принять в свои ряды совершенно других людей, таких как доктор Бакши, доктор Битон и другие, и мы получим другой суд с иными постановлениями».

Читайте также