«Людей тянут в резерв за уши. Они хотят явиться, но силы уже на исходе»
Когда снаружи снова дуют ветры войны, а закон о призыве отсутствует, резервисты знают, что и в этот раз бремя падет на них. Эйдан, чье рекламное агентство пострадало: «Клиенты уходят, при всем понимании. Мы хотим чувствовать, что государство нас видит». Шахар пытается закончить учебу параллельно со своим пятым циклом службы: «Бремя должно распределяться между различными слоями общества»
«Я уже перестал считать, сколько циклов резервистской службы отслужил. Нынешний цикл в Хевроне начался с двух недель, но со временем вырос до месяца. Через неделю, надеюсь, он закончится спустя два месяца. Я нахожусь в состоянии отрицания — возможно, и в этот раз он не завершится. Эта неопределенность — самое разочаровывающее. Как частный предприниматель, я обременен множеством обязательств. Когда я на службе, государство не говорит мне: "Мы подождем с твоими платежами". Я обязан соблюдать сроки, даже когда меня вырывают из привычной жизни», — рассказывает старший сержант резерва (расаль) Эйдан, 30 лет, из Афулы, боец МАГАВ. С начала войны он отслужил почти 400 дней. Как и многие резервисты, он следит за сообщениями о возможном возобновлении боевых действий в секторе Газа и подготовке к операции в Иране, понимая, что бремя снова ляжет на него: «Люди в тревоге. После каждой новости начинаются спекуляции о продлении призывов. Нас уже не утешат ответы на вопросы, мы хотим чувствовать, что государство нас видит».
Эйдан — владелец рекламного агентства «Рокет Диджитал». «Когда я ухожу в резерв, клиенты покидают наш офис, — говорит он. — При всей их любви к стране, они видят отсутствие стабильности в бизнесе и уходят к конкурентам». В сентябре 2025 года он обручился, свадьба запланирована на август. «Ощущение, что мы ведем отношения на дистанционном управлении. Мы планируем свадьбу, находясь далеко друг от друга, это тяжело. Моя невеста постоянно одна, а когда я возвращаюсь, фокусируюсь на бизнесе, чтобы минимизировать убытки. Это невыносимая ситуация».
В своем подразделении Эйдан отвечает за личный состав. «Люди просят освободить их от службы, им тяжело, — делится он. — У многих дома остались жены с детьми, родившимися уже во время войны. Некоторые сталкиваются с такими трудностями, что я не понимаю, как им удается функционировать».
На прошлой неделе капитан резерва Адар, 28 лет, из мошава Хадид, завершила свой пятый цикл службы в качестве командира группы в Службе тыла. «После 7 октября я отвечала за отели для эвакуированных, затем мы держали линию в Эйлате, потом в Иудее и Самарии, участвовали в операции с подразделением «Окац», и вот завершился цикл в центральном регионе». В перерывах она основала проект «Бегущие вперед», объединяющий женщин-бойцов.
«У нас нет стабильности, ситуация влияет на каждый аспект жизни, — говорит Адар. — Мои солдатки платят тяжелую цену: пропускают учебу, за которую заплатили большие деньги, теряют бизнес. Есть женщины, чьи отношения пострадали, вплоть до отмены помолвок. Мы долгое время находимся в состоянии готовности, откладывая мечты в сторону. Я ожидаю от государства больше прозрачности. Люди изнашиваются, я буквально тяну своих солдат за уши в каждом цикле. Они хотят служить, но силы на исходе. Резерв — это как лего: ты отсоединяешься от своей жизни, а на то, чтобы собрать ее заново, времени уже не хватает до следующего приказа».
Сержант резерва (расаль) Шахар, 26 лет, из Кохав-Яира, также находится на пятом цикле службы, отслужив около 300 дней. Она боевой медик в 89-м батальоне 8-й бронетанковой бригады. «Мы завершили интенсивный месяц в Ливане. Как отделение эвакуации и снабжения, мы — первая сила, которая прибывает к раненым», — рассказывает она.
«Каждый раз я думаю, что не смогу явиться снова, но происходит что-то значимое, и я понимаю, что нужно отложить все дела. Я прихожу ради людей, которые со мной, — мы многое прошли вместе», — говорит Шахар, студентка третьего курса биологии в Технионе. — «Это три года учебы параллельно с тремя годами войны. Каждый раз, уходя в резерв, я полностью отключаюсь от учебы. Нельзя ожидать от одних и тех же людей, что они будут бесконечно отключаться от своей жизни. Мы ожидаем, что призовут всех, кого можно, и перестанут изматывать одних и тех же. У нас в подразделении есть 69-летний врач, который продолжает приходить, потому что понимает, что его некому заменить. Он входил с нами в Ливан. Бремя должно распределяться между всеми слоями общества, чтобы мы могли продолжать выполнять задачи».
