Маргалит Хар-Шефи нарушила молчание спустя 30 лет после убийства Ицхака Рабина
Маргалит Хар-Шефи, осужденная за недонесение о преступлении после убийства премьер-министра Ицхака Рабина, дала первое за три десятилетия интервью. Она рассказала о жестких методах допросов в Шабак и намекнула на наличие у нее скрытых сведений о событиях того дня.
Спустя 30 лет молчания Маргалит Хар-Шефи дала эксклюзивное интервью газете «Бе-Шева» и сайту «Бе-Шева онлайн». В нем она рассказала о периоде допросов в Шабак, о несправедливости, с которой столкнулась в медийном и общественном поле, о травле, преследующей ее по сей день, и о личной цене, которую она продолжает платить спустя три десятилетия после трагедии на площади в Тель-Авиве.
Хар-Шефи, будучи студенткой Университета Бар-Илан, познакомилась с Игалем Амиром, убийцей премьер-министра Ицхака Рабина, в ходе протестной деятельности против соглашений Осло. После убийства она была осуждена за «недонесение о преступлении» на основании того, что Амир якобы делился с ней своими планами, а она не предприняла мер для их предотвращения. Хар-Шефи отбыла пять месяцев тюремного заключения из девяти назначенных, после чего была помилована президентом страны.
О допросах в Шабак она вспоминает следующее:
«Я могу сказать, что получила прием по системе "все включено". Камера, правда, подходила для мышей, но, к моему счастью, их там не было. Кроме этого, все включено, включая пытки "белых воротничков"».
Она предпочитает не вдаваться в детали:
«В отношении меня совершали посягательства уровня "белых воротничков". Унижения, деликатные физические воздействия, такие как лишение еды и сна, ограничение доступа к адвокату, и со мной делали еще вещи, которые здесь не место детализировать».
На вопрос о том, что именно произошло при убийстве Рабина, Хар-Шефи ответила интригующе: «Я знаю, но не могу говорить».
Она отказалась раскрывать подробности своих знаний, ограничившись ироничными замечаниями о работе спецслужб:
«Как можно подозревать разведывательный орган, все пути которого — честность и истина, в том, что он ведет конспирацию? Шабак и конспирации — это две вещи, которые невозможно соединить между собой. Зачем им вообще делать подобную вещь? Это нелегитимно даже подозревать Шабак таким образом».
По ее словам, общество не готово воспринимать информацию такого рода, так как люди не понимают принципов работы разведки. На вопрос о том, сможет ли она когда-нибудь раскрыть правду, Хар-Шефи ответила скептически: «Не думаю, что это произойдет».
