«Матан совершил каминг-аут за 5 лет до меня, у меня был страх разочаровать семью»
Актер и создатель Том Худоров делится личной историей о поиске любви во время войны, профессиональном пути в израильском театре и преодолении внутренних барьеров. В откровенном интервью он рассказывает о своих отношениях, семейных ценностях и о том, как искусство помогает обществу справляться с тяжелыми временами.
Два года назад, в один из самых сложных и драматичных периодов для Израиля, актер и режиссер Том Худоров обрел личное счастье. В то время, когда многие искали уединения, он начал отношения с модным фотографом Анхелем Хаем Арбивом. «Мы познакомились вскоре после начала войны, и, как ни парадоксально, именно это сделало нашу связь возможной, — признается Том. — В такие моменты эмоциональная привязанность возникает быстрее и глубже. Если бы я жил в привычном ритме, возможно, мы бы разминулись. Это единственный луч света в этой печальной и ужасной войне».
Знакомство через приложение стало для Тома неожиданностью: он не искал отношений, но одиночество и свободное время, возникшие в начале войны, изменили приоритеты. «Это мои самые серьезные отношения с мужчиной, и они многому меня учат, — говорит он. Из холостяка-трудоголика, который жил на доставках еды и приходил домой только поспать, Худоров превратился в человека, обретающего домашний уют. — Анхель научил меня вкладывать силы в дом. Это потрясающий урок — стать человеком, а не только карьеристом. У меня появилась опора, человек, который заботится обо мне, а я — о нем».
Пара задумывается о будущем, включая свадьбу и рождение детей. «Теперь, когда в Израиле есть закон о суррогатном материнстве, это стало более реальным, — отмечает Том. — Мы изучаем варианты, хотя понимаем, что это требует значительных финансовых ресурсов. Я хорошо зарабатываю в театре, но мы пока оцениваем, какая модель и какое время будут подходящими».
Творческий путь и общественная деятельность
Том Худоров — один из самых востребованных актеров Израиля. Он играет, пишет и ставит спектакли в театре «Габима» и театре «Ха-Мешулаш». Недавно он также стал заместителем председателя «Шахам» — организации актеров Израиля. «То, что сегодня кажется актерам само собой разумеющимся, было достигнуто в упорной борьбе за 25 лет существования организации. Сегодня у каждого театрального актера есть минимальная заработная плата, чего раньше не было», — подчеркивает он.
Его путь в искусство был осознанным. Несмотря на то, что он вырос в творческой среде и учился в школе «Тельма Елин», перед армией Том решил сделать паузу, чтобы проверить свои истинные желания. Он служил в разведке, изучая иранский ядерный проект. «К концу службы я понял, что слишком скучаю по театру. Через неделю после демобилизации я начал обучение в школе «Нисан Натив», — вспоминает актер.
Каминг-аут и семейные ценности
Влечение к мужчинам Том осознал рано, но долгое время скрывал это, в том числе из-за страха разочаровать близких. Его старший брат, журналист Матан Худоров, совершил каминг-аут пятью годами ранее. «У меня характер человека, стремящегося угодить, поэтому потребовалось время, чтобы решиться на этот шаг, — объясняет Том. — В 23 года я рассказал друзьям, а в 30 — семье. Это принесло огромное облегчение».
Том отмечает, что вырос в либеральной среде Тель-Авива, где его ориентация никогда не была препятствием. «Матан — потрясающий пример того, как публичная личность может быть счастлива в семье. У меня есть племянники, и я с радостью наблюдаю за его отцовством», — добавляет он.
Искусство как терапия
В последние месяцы Том работает над проектом «Кто-то пел это раньше» — музыкально-театральным путешествием по израильской драматургии за последние 80 лет. «Моя идея заключалась в том, чтобы вернуться назад и посмотреть вперед, — объясняет он. — Спектр чувств и дилемм, описанных в пьесах, остается актуальным и сегодня. Я боялся, что говорить о войне со сцены будет слишком тяжело для аудитории, но был поражен открытостью солдат. Разговоры после спектакля помогают им переработать увиденное и сбросить груз, который лежит на их плечах. В этом заключается огромная сила искусства».
На вопрос о планах на будущее Том отвечает философски: «Я люблю позволять миру удивлять меня. У меня есть амбиции руководить культурным учреждением, но пока у меня слишком большой голод до игры и творчества, чтобы останавливаться».
