«Мне потребовалось несколько месяцев, чтобы привести голову в порядок»: Юваль Леви о жизни после победы в «Большом брате»
Победитель реалити-шоу «Большой брат» Юваль Леви откровенно рассказал о психологических вызовах после внезапной славы, трудностях адаптации к обычной жизни и своих планах на будущее. Он также прокомментировал слухи об отношениях с Шани и поделился взглядом на то, как участие в проекте изменило его восприятие успеха и денег.
Спустя более полугода после того, как он покинул дом «Большого брата» в качестве триумфального победителя сезона 2025 года, Юваль Леви уже далек от того момента, когда погас свет и камеры перестали следить за каждым его шагом. Но именно сейчас, когда первоначальный хайп рассеялся, он откровенно говорит о том, что происходит за кулисами победы — от замешательства и душевного давления до столкновения со славой и личного выбора, который он сделал, чтобы уберечь себя.
В интервью подкасту «Старс» с Асафом Хадаром Леви касается обсуждаемых отношений с Шани, чувства головокружения после выхода из проекта, трудностей в борьбе с ожиданиями публики, своего отношения к деньгам и планов на будущее — открыть собственную сеть парикмахерских.
О войне и жизни в Самарии
«Период сложный. Во время первой войны против Ирана мы были в доме «Большого брата», поэтому не совсем понимали масштаб происходящего. Ты идешь в МАМАД и слышишь слово «Иран» — для нас это звучало как экзистенциальная угроза. Нам говорили о ядерном оружии, о том, что не будет электричества или воды, и воображение рисовало пугающие картины. К счастью, реальность оказалась иной. Сейчас война идет снаружи. Слава Богу, я вижу, что наша страна справляется достойно. Мы были обязаны нанести ответный удар. Кто-то должен был это сделать, и хорошо, что мы выступили первыми. Если бы Иран проснулся раньше и решил нас удивить, это закончилось бы очень плохо. Мы доказали, насколько мы сильны. Нам не оставили выбора — мы страна, которая больше всех в мире хочет мира, но если другие не хотят, такова цена».
О своем месте жительства он говорит прямо: «Я живу в Самарии, мои родители — в Баркане. Мы живем бок о бок с арабами и понимаем, что ситуация может измениться в любой момент. У нас еще есть сосуществование — они работают на наших заводах, приходят убирать дома. Мы такой народ, возможно, на грани наивности, который хочет мира. Но нужно признавать, что на той стороне есть люди, которые не хотели бы видеть нас здесь. Я не поселенец, я — заселяющий. Если я нахожусь в месте, которое принадлежит мне, я его заселяю. У меня нет проблем с тем, что они там, но есть проблема с теми, кто хочет меня уничтожить».
О славе и приватности
«Когда ты выходишь оттуда, особенно в качестве победителя, количество предложений и людей, которые хотят быть в твоем обществе, просто ненормальное. Сегодня это спало, потому что я не пытаюсь раздувать хайп. У меня сильная интуиция — я смотрю, кто приходит ко мне ради чего-то большего, а кто преследует свои интересы. Понятно, что вся жизнь основана на интересах, но люди делают из этого слова что-то негативное. Есть положительный интерес, как у хороших друзей. Когда я вижу людей с мотивами, которые мне не подходят, я их отдаляю. Я очень люблю свою частную жизнь. Я мог бы наделать много заголовков, но не верю, что заголовок дает тебе рекламную кампанию».
Леви признается, что первые месяцы после шоу были для него тяжелыми: «Я был очень напряженным, неприятным, импульсивным. Я не был приятным вначале, вел себя холодно, не обнимал даже семью. Я хотел переехать в Тель-Авив, снял субаренду, переспал там одну ночь и сбежал обратно к родителям в Баркан. Я не хотел этого головокружения. Мне потребовалось три-четыре месяца, чтобы привести голову в порядок».
О деньгах и будущем
«600 000 шекелей — это красивая сумма, которую я ценю больше всего на свете, но сегодняшний миллион — это не тот первый миллион «Большого брата». Сегодня на 600 тысяч ты не можешь купить квартиру. Я думаю, как инвестировать эти деньги и приумножить их. Это не те деньги, которые дают тебе покой и тишину — нужно тяжело работать, чтобы они не исчезли. Я рассматриваю свою парикмахерскую как инвестицию и хочу сделать там что-то на высоком уровне. Моей самой большой мечтой когда-то было стать футболистом. Сегодня я хочу видеть парикмахерскую работающей, чтобы и мне, и клиентам было в кайф приходить туда утром».
На вопрос об отношениях с Шани Юваль отвечает сдержанно: «Шани — взрослая девочка. На сегодняшний день мы делаем подкаст. Взаимодействие между нами особенное. У нас есть наш стеб, подколы, а люди принимают это слишком близко к сердцу. Верно, что в доме были вещи, которые я не принимал, она знает об этом, и мы говорили. У нас отличный вайб. Когда мы вышли, был полный разрыв, но потом нужно было сесть, поговорить и закрыть круг. Было любопытно узнать, что же там было на самом деле».
Завершая беседу, Юваль подчеркивает: «Я человек верующий. Б-г не обещает тебе успеха, но Он говорит: пробуй. Потому что ты не узнаешь, каков твой потенциал. Мы должны стараться, успех не зависит от нас. Поэтому я не могу сказать, где я буду. Я могу надеяться, но не могу знать».
