«Мы изменили историю израильской музыки»: участники группы «Хай-Файв» в специальном интервью
В честь 30-летия со дня основания первого израильского бойз-бэнда четверо участников — Майкл Харпаз, Идан Яскин, Эяль Дессау-Цафрир и Эяль Шахар — вспоминают трудный путь к славе, безумное обожание поклонниц и внутренние конфликты. В откровенном разговоре они также делятся воспоминаниями о покойном Амире Фришер Гутмане, чей уход стал невосполнимой утратой для группы.
В феврале 2016 года, спустя 20 лет после создания «Хай-Файв» — первого бойз-бэнда в Израиле, — пятерка участников: Амир Фришер Гутман, Майкл Харпаз, Эяль Шахар, Эяль Дессау-Цафрир и Идан Яскин — собрала пресс-конференцию, чтобы объявить о долгожданном воссоединении. Поклонницы, выросшие на их хитах «Стою на скале», «Облачный день» и «Все танцуют сейчас», с нетерпением ждали возвращения кумиров.
«В 2005 году я вернулся из США и понял, что мир ушел вперед, — вспоминает Харпаз, давший группе название. — Когда участились вопросы о воссоединении, я обратился к нашему музыкальному руководителю Шаю Лахаву. Потребовалось почти десять лет, чтобы убедить всех, особенно Амира».
Яскин признается: «Я согласился только ради того, чтобы моя жена София увидела меня на сцене. Оглядываясь назад, это было ошибкой. Нам пришлось поставить жизнь в Нью-Йорке на паузу, а я столкнулся с неприятными моментами в отношениях внутри группы. К счастью, мне удалось помириться с Амиром после многолетнего разрыва».
Трагическая страница
Во время подготовки к воссоединению выяснилось, что Амир Фришер Гутман болен раком. «Он настаивал на репетициях, несмотря на болезнь, — вспоминает Лахав. — Я проводил их даже в больнице «Ихилов». Но за несколько дней до шоу он признался, что физически не готов выйти на сцену». Позже диагноз был поставлен под сомнение, но воссоединение не состоялось. В июле 2017 года Фришер Гутман трагически погиб, пытаясь спасти племянницу от утопления. Ему был 41 год.
«Амира так не хватает, — говорят участники группы. — Такой талантливый человек, который ушел слишком рано. Тоска по нему только усиливается».
Наследие «Хай-Файв»
За прошедшее десятилетие участники пошли разными путями. Яскин занимается розничной торговлей в Нью-Йорке, Шахар ушел в фитнес и музыку, Дессау-Цафрир руководит образовательными проектами, а Харпаз продолжает актерскую и музыкальную карьеру.
«Мы изменили историю израильской музыки, — заявляет Харпаз. — Нет дня, чтобы по радио не крутили нашу песню. Мы пробили стеклянный потолок». Шахар добавляет: «Мы были первой попыткой принести израильской аудитории модель, которая работала в США, как Backstreet Boys. Тот факт, что мы были первопроходцами, позволил нам остаться в сознании публики до сегодняшнего дня».
Инновационная идея создать группу, участники которой поют и танцуют в сложной хореографии, не играя на инструментах, родилась в конце 1995 года. Музыкальным руководителем стал Шай Лахав, который провел открытые прослушивания. «Я решил отобрать тех, кто мне подходит, — говорит Лахав. — Каждый должен был спеть три песни, включая «Балладу о Хедве и Шломике».
Путь к успеху
На прослушивания пришли 350 человек, включая будущего актера Йехуду Леви, который не прошел отбор. Дессау-Цафрир, ставший «клеем» коллектива, вспоминает: «Я не умел ни петь, ни танцевать, но был готов пробовать всё. Меня выбрали, потому что я умел продюсировать и общаться». В течение девяти месяцев группа находилась в изнурительном тренировочном лагере, работая над вокалом и хореографией в строжайшем секрете.
Первый сингл «Я» не вызвал ажиотажа, и даже выступление в программе Дуду Топаза не помогло. «Альбом провалился, — признается Лахав. — Продали всего четыре кассеты». Ситуация изменилась в 47-й День независимости, когда после выступления на площади в Тель-Авиве группу накрыло «цунами» из фанаток. С этого момента они стали кумирами, а их альбом получил статус «золотого».
Несмотря на успех, в 2000 году группа распалась. «Дела начали разваливаться, — говорит Яскин. — Я верил в верность группе, но обнаружил, что некоторые участники работают над сольными проектами за спиной других. Это был сумасшедший период, но «Хай-Файв» навсегда останется значимой частью моей жизни».
