«Мы прятались под кроватью, сестра зажала мне рот рукой»: история спасения Норберта Цимблисты

До трехлетнего возраста жизнь Норберта (Нахума) Цимблисты, которому сейчас 87 лет, была мирной и вполне обычной. Однако в июне 1940 года, после вторжения нацистов во Францию, все изменилось. В канун Дня памяти жертв Холокоста Цимблиста поделился своей историей на мероприятии «Зикарон ба-салон» («Память в гостиной»), организованном в редакции «Глобс» под руководством корреспондента издания Асафа Загризека.

Норберт родился в 1939 году, за несколько месяцев до начала Второй мировой войны, в городке Ланс на севере Франции в семье Эстер и Авраама. В сентябре 1940 года нацисты решили арестовать всех евреев Ланса — около 530 человек, включая его родителей. «Фактически до 2000 года нам не было известно, что стало с их судьбой», — вспоминает Цимблиста.

Ему и его сестре Мирьям, которая была старше на три года, удалось спастись благодаря католической домработнице Марианне Тижьяк и ее мужу Йозефу. «У моих родителей были очень теплые отношения с Марианной. Поскольку члены ее семьи, как и мои родители, были поляками, иммигрировавшими во Францию, они часто присматривали за нами», — рассказывает он.

В ту ночь, когда родителей забрали, польская пара взяла детей к себе. Поскольку городок был маленьким, а в доме Тижьяк уже жили трое собственных детей, им пришлось прятать Норберта и Мирьям в свинарнике на своем участке. «Свинарник обустроили так, чтобы там можно было спать по ночам, а днем мы выходили играть во двор. Немцы объявили награду в 10 000 франков за информацию о евреях, поэтому мы всегда были в зоне риска. Так мы прожили всю войну и оставались у них до 1950 года».

Члены подполья

Цимблиста почти не помнит родителей, его первые детские воспоминания связаны с семьей Тижьяк. Они были набожными католиками и верили, что религия обязывает их спасать жизни. Позже выяснилось, что супруги и их дети состояли в подпольной организации POWN. Каждое воскресенье они планировали диверсии против нацистов: например, прятали взрывчатку в ящиках с овощами, которые затем перевозили на велосипедах к целям.

Один из самых опасных моментов произошел ближе к концу войны, когда немцы нагрянули с обыском в дом Тижьяк. «Мы услышали визг тормозов и быстро спрятались под кроватью, а сестра зажала мне рот рукой, чтобы я не издал ни звука. Марианна, знавшая немецкий, вступила в разговор с солдатами. Мы не знаем, как именно ей удалось их убедить, но они уехали. Наша приемная семья спасла нам жизнь, рискуя собственной — ведь в случае разоблачения их бы не пощадили».

Открытие в Брюсселе

После войны Норберт и Мирьям оставались у Тижьяк до 1950 года, пока их не нашел двоюродный брат. «Расставание было нелегким, ведь они были для меня как родители. Мы поддерживали связь до конца их жизни», — говорит Цимблиста. После этого детей перевели в еврейский детский дом в Версале, а спустя три года они репатриировались в Израиль.

Судьба родителей открылась неожиданно. Дочь Мирьям находилась в командировке в Брюсселе, где на школьной церемонии памяти зачитали имена Эстер и Авраама Цимблисты. Начатое расследование показало, что родителей депортировали в бельгийский город Мехелен, а в 1942 году отправили в лагерь смерти Аушвиц-Биркенау, где они погибли в газовых камерах.

В 2009 году Йозеф и Марианна Тижьяк были удостоены звания Праведников народов мира.