«Мы видим в них не преступников, а героев»: как работает молодежная деревня «Нирим»
В школе молодежной деревни «Нирим» аттестат зрелости служит терапевтическим инструментом, а походы по пересеченной местности помогают подросткам обрести веру в себя. Директор школы Керен Мушински рассказывает о том, как вчерашние трудные подростки становятся офицерами и инженерами, и почему личный контакт важнее академических успехов.
На расстоянии менее 7 км от границы между Израилем и Ливаном находится островок надежды. Молодежная деревня «Нирим» в поселении Бустан ха-Галиль в Западной Галилее на первый взгляд кажется тихой пасторалью, но для 120 юношей и девушек, живущих в ней, это настоящее поле битвы за собственную жизнь. Здесь они сталкиваются с внутренними демонами, прошлыми травмами, жизнью на улице и семейными трудностями. Исходя из этого, они стремятся к лучшему будущему при поддержке персонала и руководства учреждения.
Керен Мушински (50 лет), директор школы в деревне, управляет этим процессом последние два года — в один из самых сложных периодов для страны. Имея первую и вторую степени в области специального образования и специализацию на эмоциональных и поведенческих расстройствах, она пришла в «Нирим» в 2009 году и прошла путь от учителя и классного руководителя до директора. Мушински замужем, мать троих детей, жительница общинного поселения Нове-Зив на северной границе.
Путь к исправлению
Ассоциация «Нирим» была основана более 20 лет назад в память о старшем сержанте Нире Критчмане, бойце «Шайетет 13», павшем в бою в Шхеме (Наблусе) в рамках операции «Защитная стена». Цель была ясна: дать подросткам из группы высокого риска еще один, иногда последний шанс переписать историю своей жизни. Молодежная деревня под руководством Раза Карни находится под надзором Министерства образования и Управления по защите молодежи Министерства социального обеспечения; она предназначена для подростков 9–12 классов, изъятых из семей из-за ситуаций риска.
«Когда говорят "молодежь в группе риска", не всегда понимают глубокий смысл», — говорит Мушински. «Мы работаем с ребятами на краю спектра риска. Это подростки, исключенные из всех рамок. Некоторые из них не посещали школу два года, другие пережили тяжелые события на семейном, личном и социальном уровнях. Они приходят к нам с опытом жгучих неудач, бродяжничества, употребления психоактивных веществ и даже с уголовными делами. Но в деревне мы не видим в них преступников или нуждающихся. Мы видим героев. Потому что каждое утро они заново выбирают вставать и справляться».
На вопрос о том, что характеризует этих подростков, директор отвечает: «Речь идет о ребятах с пробелами в учебе в три-четыре года, но это лишь симптом. Они пережили травматические события, и основная трудность заключается в доверии. У большинства из них острые проблемы с установлением контакта с миром взрослых. Они усвоили, что мир опасен, а взрослые разочаровывают. Поэтому в центре нашей деятельности стоит личный контакт. Без него ничего не произойдет — ни в учебе, ни в терапии».
Терапия через полевые условия
Молодежная деревня работает по уникальной модели, сочетающей четыре сферы: интернат, школу, терапию и полевые условия. Последняя является визитной карточкой ассоциации. Подростки отправляются в походы на выживание, где им требуется ориентироваться на местности, готовить еду и противостоять стихиям. «В поле невозможно сфальшивить», — объясняет Мушински. «Когда ты в четырехдневном походе, когда тебе холодно, ты устал и тебе нужно достичь цели вместе со своей группой, ты открываешь в себе силы, о существовании которых не подозревал. Это переводит "рискованное поведение" улицы в лидерство. Если подросток умел выживать на улице, он точно сможет ориентироваться в пустыне. Мы лишь помогаем направить эту силу в созидательное русло».
Внутри школы Мушински продвигает концепцию, согласно которой аттестат зрелости — это не конечная цель, а средство. «Это наш самый сильный образовательный инструмент. Когда подросток получает полный аттестат — а это происходит у 90–95% наших воспитанников — он разбивает стеклянный потолок, который все обещали ему никогда не преодолеть. Это его самое сильное доказательство перед самим собой и обществом: "Я могу"».
Пример успеха
Мушински приводит в пример историю Йотама (имя вымышленное). «Йотам пришел к нам прямо из тюрьмы "Офек". Он был в самом центре преступного мира — наркотики, кражи, поджог машины главы совета. Я помню его первый день: он сидел, опустив голову, и не мог смотреть мне в глаза. Он был напуган и окружен нарративом "преступника"».
«С бесконечным терпением мы удерживали для него веру в то, что он способен взять на себя ответственность. Мы не воспринимали его поведение на свой счет. Йотам начал переживать маленькие успехи: сдать первый экзамен, завершить поход, разрешить конфликт без насилия. В конце трех лет он закончил школу с аттестатом. Армия не хотела его призывать, но Йотам боролся зубами. Он попал в боевое подразделение и стал командиром отделения в бригаде "Голани". Сегодня он инженер-строитель, окончивший подготовительное отделение в Технионе. Когда я вижу его, я знаю, что все эти сизифовы часы споров и побегов стоили усилий».
Стойкость в тени войны
Война, разразившаяся в октябре 2023 года, сильно ударила по ассоциации «Нирим». Организация потеряла выпускников, среди которых Ницан Либштейн — сын Офира Либштейна, главы совета Шаар ха-Негев, павшего в бою. «Ницан был ребенком с огромным золотым сердцем», — вспоминает Керен. «Он нашел у нас дом, которого не нашел ни в одном другом месте на юге. Он был убит в Кфар-Азе». Также ассоциация оплакивает смерть Орталь Бен Айон и Асифа Лугера, волонтера года службы, павшего в бою в Газе.
«7 октября воспитанники были дома. Мы вернули их в деревню за полтора дня, но потом начались сирены. Нам пришлось эвакуироваться. Мы приняли стратегическое решение: создать "остров здравомыслия". Даже когда в стране был хаос, мои учителя приходили в деревню каждый день. По дороге на работу мы останавливались на обочине из-за перехватов, но, входя в ворота, мы играли в футбол, ели вместе, учились. Это была наша этическая "повестка №8". Знание того, что если мы будем транслировать стабильность, эти подростки не сломаются».
В завершение Мушински подчеркивает: «Не отказывайтесь от контакта. Учеба важна, но она всегда вторична по отношению к воспитанию. Подросток, который чувствует, что его видят и в него верят, захочет преуспеть во всем. И главное, помните: пока свеча горит — можно исправить. Нет такого понятия, как потерянный подросток. Есть только тот, к сердцу которого мы еще не нашли путь».
