«Наша цель: убедиться, что туннелей нет»

В то время как мы едем по песчаной тропе, мимо цветущих хризантем и руин промышленной зоны, по связи поступает сообщение об обнаружении туннеля. Офицер, сидящий в командирском кресле «Хаммера», улыбается: «Ты принес нам удачу. Мы ждали этого момента несколько недель».

Через две минуты мы прибываем к цели, всего в 100 метрах от «Желтой линии», пересекающей сектор Газа надвое. Группа бурильщиков ЦАХАЛ уже долгое время методично продвигается вдоль этой границы, пробивая глубокие скважины. «Это сумасшедший инженерный проект», — отмечает офицер.

Здесь развернуты крупные буровые установки. Рядом — пары солдат, покрытых песком, смазкой и потом, с консолями управления мощностью двигателей в руках. Они работают часами под зонтиками, протыкая почву метр за метром. Спиральные буры останавливаются только при достижении грунтовых вод или вскрытии туннеля.

Обычно бурение упирается в воду. Но сегодня, благодаря удаче, один из резервистов позволяет мне заглянуть в камеру, опущенную в скважину. На экране отчетливо видны прямоугольные стены туннеля, укрепленные бетонными плитами.

Бинго! «Наша цель — убедиться, что на местности больше нет таких туннелей», — говорит офицер.

Так выглядит передовая тяжелых усилий 205-й бригады вдоль «Желтой линии». Бурильщиков прикрывают солдаты, лежащие на земляной насыпи с оружием, направленным на запад, два танка, бульдозер D9, дрон-наблюдатель и крупная боевая группировка, развернутая до старого пограничного забора.

Мы находимся на месте бывшей деревни Джухор-ад-Дик, расположенной между Саджаией и Бурейджем. Деревня разрушена до основания.

Среди колючек виден длинный ряд желтых бетонных блоков — «Желтая линия», разделяющая зоны контроля Хамас и ЦАХАЛ. Сразу за ними проходит улица Салах-ад-Дин, которую военные называют «ось Танчер», по ней беспрепятственно передвигаются грузовики из Газы.

Обычно здесь тихо, но спокойствие обманчиво. «Нас пытаются проверять, пересекая «Желтую линию». Чаще всего это безоружные люди, собирающие разведданные», — поясняет офицер. — «Несколько дней назад двое пришли в нижнем белье с поднятыми руками, прося о сдаче».

Три минуты от границы

Система сил ЦАХАЛ на восточной стороне «Желтой линии» не только обеспечивает реализацию проекта бурения, но и предотвращает проникновение террористов, способных добраться до ближайших кибуцев за три минуты. Это изменение стратегии на 180 градусов: если раньше забор отделял террористов Хамас от Израиля, то сегодня армия делает это своим телом, оставляя гражданские объекты позади себя. «Мы поняли, что именно так нужно осуществлять оборону», — признает офицер.

Изменение подхода отражается и в терминологии. «В ЦАХАЛ слово «бой» привычно ассоциируется с атакой», — продолжает командир. — «Но здесь мы ведем бой иного рода. Это оборонительный бой против износа, против рутины. Это бой против самого себя».

Аванпосты служат для отдыха и логистики, однако основная деятельность — засады, наблюдение и патрулирование — ведется за их пределами, чтобы не допустить пересечения новой границы террористами Хамас.

В рамках этой стратегии ЦАХАЛ установил ряд позиций вдоль «хребта Семидесяти» в восточной части сектора Газа, откуда просматривается территория вплоть до моря. Армия прочно обосновалась на местности. На аванпосте, который мы посещаем, есть кофейный уголок с кальяном, бродячие собаки, ставшие частью быта, а также танки, камеры и огневые позиции.

«Наш график на аванпосте заключается в том, что графика нет», — заключает командир. — «Наша цель в том, чтобы на той стороне не могли выявить у нас определенную рутину».