Ноа Аргамани сменила разработку программного обеспечения на венчурный фонд
Освобожденная из плена ХАМАС Ноа Аргамани начинает карьеру в венчурном фонде Vine Ventures, намереваясь укрепить экономику Израиля через поддержку стартапов.
Ноа Аргамани, проведшая 246 дней в плену у ХАМАС и спасенная в ходе спецоперации, кардинально меняет профессиональный путь. В масштабном интервью американскому изданию Business Insider она объявила об отказе от карьеры в сфере разработки программного обеспечения ради работы в венчурном фонде Vine Ventures.
Этот неожиданный шаг обусловлен глубоким чувством национального долга и пониманием того, что экономика является главным ключом к будущему и безопасности Израиля. «Если мы хотим строить Израиль, это напрямую связано со строительством нации стартапов», — пояснила Аргамани. «Мы постоянно сравниваем израильтян и палестинцев в том плане, что они строят туннели, пока мы строим стартапы и здания. Мы хотим, чтобы мир видел: Израиль силен не только благодаря армии и пережитой войне, но и потому, что мы стремимся к светлому будущему для всех граждан».
Вспоминая о месяцах плена в сердце Газы, Аргамани с редкой откровенностью рассказала об оптимизме, который помог ей выжить в нечеловеческих условиях. «Даже в плену я считала каждый предмет, который у меня был. Будь то пол-литра воды, носки или одеяло, я просто благодарила за всё, что имела в тот момент», — поделилась она. «У меня не было сомнений, что я вернусь живой. Каждый день, слыша взрывы и стрельбу, и даже после потери двоих близких друзей, я знала, что вернусь к семье».
Теперь Аргамани использует стойкость, закаленную в плену, для поддержки и консультирования молодых предпринимателей. «Быть предпринимателем непросто. Вы работаете долгие часы и инвестируете месяцы в то, что не всегда срабатывает», — отметила она. «Я делюсь с ними навыками, которые приобрела, осознав силу позитивного мышления. Это дает им правильную перспективу, напоминая, что сильный стресс из-за работы — это вовсе не вопрос жизни и смерти».
Она также затронула культурные и деловые различия между израильской и американской экосистемами. «У израильтян есть навыки выживания, которых никто другой не понимает, мы празднуем каждый день так, будто он последний», — пояснила она. «Израильский инвестор очень прям. Он остановит вас на полуслове, чтобы не тратить время, и сразу спросит, чем может помочь. В Америке вас могут слушать часами, улыбаться и никогда не сказать истинную причину отказа».
Несмотря на обширные связи в политических кругах США, приобретенные после освобождения, Аргамани убеждена, что ее влияние в бизнес-секторе окажется более значимым, чем в политике. «Сильная экономика принесет безопасность и защищенность гражданам Израиля», — резюмировала она.
