Окружной суд отменил решение о праве вдовы изменять взаимное завещание
Супруги подписали взаимное завещание, однако после смерти мужа вдова составила новый документ. Окружной суд Тель-Авива отменил решение суда первой инстанции, признавшего это правомерным, и направил дело на повторное рассмотрение для уточнения намерений покойных.
Супруги подписали взаимное завещание. Примерно через два года после смерти мужа вдова составила собственное завещание. Суд по семейным делам постановил, что она имела на это право, однако данное решение было отменено в рамках апелляции, поданной в Окружной суд Тель-Авива. Судья Тамар Снонит Форер установила, что не было проведено углубленного выяснения намерений покойных, в том числе путем вызова адвоката, составившего документ. Дело возвращено в суд первой инстанции для повторного рассмотрения.
История вопроса началась в сентябре 2004 года, когда родители сторон составили взаимное завещание. В нем, среди прочего, было указано, что оно «будет изменено только нами обоими», и в аналогичном духе — что «мы вправе (с согласия нас обоих) в любое время и срок изменить завещание». В декабре 2005 года отец скончался, а в сентябре 2007 года вдова составила новое завещание. Спустя еще около 17 лет она также скончалась.
После смерти матери в декабре прошлого года Суд по семейным делам постановил, что она имела право изменить взаимное завещание. Обоснование заключалось в том, что в документе не было прямого запрета на составление нового завещания после смерти одного из супругов. Трое из четырех братьев, настаивавших на исполнении взаимного завещания, подали апелляцию в Окружной суд. Они утверждали, что решение ошибочно, так как их мать не имела права изменять первоначальную волю. Их брат-ответчик, заинтересованный в исполнении позднего завещания, настаивал на законности решения суда первой инстанции.
Фактический вопрос, требующий выяснения
В начале своих слов судья Снонит Форер указала на несоответствие между определением Суда по семейным делам — о том, что вопрос является «чисто юридическим», — и его фактическими выводами. Так, в решении было указано, что «в раннем завещании нет положения, запрещающего покойной составлять новое завещание», что фактически является анализом обстоятельств, а не только правовой оценкой.
По словам судьи Окружного суда, суд первой инстанции допустил ошибку. Она пояснила, что вопрос требует глубокого фактического выяснения воли завещателей, особенно на фоне закрепленных в документе положений о возможности его изменения «только нами обоими».
Еще одна ошибка суда первой инстанции, по мнению судьи апелляционного суда, заключалась в отказе вызвать для дачи показаний составителя завещания. Она подчеркнула, что «незаслушивание показаний составителя завещания нарушает процессуальное право апеллянтов и, главное, не отвечает необходимости того, чтобы суд изучил истинные намерения покойных». По ее словам, речь идет о ключевых показаниях, имеющих прямое отношение к делу, от которых не следовало отказываться, несмотря на процессуальные недостатки со стороны просителей.
При таких обстоятельствах судья распорядилась отменить решение Суда по семейным делам. Дело возвращено в суд первой инстанции для заслушивания показаний составителя завещания и свидетеля, а также для получения дополнительных доказательств относительно намерений покойных. На ответчика возложены судебные издержки в размере 7 500 шекелей.
Представитель заявителей: адвокат Шай Шораки
Представитель ответчика: адвокат Шарон Лихт-Патерн и адвокат Итамар Цабах
Адвокат Шмуэль Гросс специализируется на вопросах наследства и завещаний
** Автор не представлял интересы в данном деле.
