«Он подал знак, и они ворвались»: Люси Ахариш о ночи, когда её дом превратился в осажденную крепость
В откровенном интервью Рони Кубану журналистка Люси Ахариш вспоминает ночь, когда правые активисты во главе с Мордехаем Давидом осадили её дом. Она рассказывает о попытках удержать мужа, актера Цахи Халеви, от столкновения с толпой и о том, как её маленький сын Адам впервые столкнулся с ненавистью.
В центре личного и острого интервью, которое выйдет в эфир в ближайший субботний вечер в программе «Встреча с Рони Кубаном» на канале «Кан 11», стоит момент абсолютного бессилия внутри пространства, которое должно быть самым безопасным. В эксклюзивном фрагменте, предоставленном изданию «Маарив», журналистка Люси Ахариш возвращается к той ночи, когда слова превратились в физическую осаду, а активисты правого толка, среди которых были Мордехай Давид и Рами Бен-Йехуда, дошли до порога её дома.
Люси Ахариш говорит о Мордехае Давиде и Рами Бен-Йехуде во «Встрече с Рони Кубаном» (Фото: предоставлено «Кан 11»)
«Они стоят там, 15–17 мужчин, прямо у входа в здание», — вспоминает Ахариш. — «“Мы пришли сказать Люси Ахариш, что она не может так говорить”. Он подает им знак, и они врываются внутрь». Журналистка описывает, как в те минуты она дремала на диване, пока её муж, актер Цахи Халеви, пытался уложить спать их сына Адама.
«Я прибавила громкость музыки, чтобы он не слышал криков»: осада, начавшаяся у входа, очень быстро переместилась на расстояние вытянутой руки от семьи.
«Я уже слышу, как они кричат в мегафон за дверью. Я смотрю в глазок, и Адам просыпается. Я пытаюсь снова уложить его спать, говорю ему, что “все в порядке”, и прибавляю музыку в его комнате, но он спрашивает: “Мама, почему на улице кричат в мегафон?”»
В те моменты Ахариш оказалась в ситуации двойной борьбы: против активистов снаружи и против мужа внутри. «Мне пришлось удерживать Цахи, чтобы он не вышел к ним. Я сказала ему: “Послушай, это не один и не два человека, здесь несколько десятков, ты не выходишь”. Это его дом, это его самое безопасное место, и это его ребенок».
Столкновение с группой под руководством Мордехая Давида не ограничилось только политическими выкриками. Ахариш со слезами на глазах описывает ночь тяжелых расистских оскорблений: «Они кричали “арабская шлюха”, “террористка”. Это были несколько дней, когда они приходили и кричали каждую ночь. В одну из них Адам спросил нас: “Мама, папа, когда мы уедем из этого дома?”. Мой отец зашел в комнату и начал плакать. Ты говоришь себе — это безумие. Они не кричали “почему ты говоришь то, что говоришь?”, они выкрикивали оскорбления в адрес моего ребенка: “Мама научила тебя иншалла”, и это расизм».
Полное интервью с Рони Кубаном также погружается в цену, которую Ахариш и Халеви платят в супружеской жизни за свою любовь, в разочарование в политическом руководстве Израиля — почему она не проголосует за «Объединенный список», и почему она разочарована в Яире Лапиде и Нафтали Беннете, а также в причину того, почему, несмотря ни на что, она сохраняет оптимизм. Кроме того, она возвращается к непостижимой ночи 7 октября, когда судьба 12 человек, находившихся в осаде в Кфар-Азе, легла на её плечи.
