Опрос: лишь 27% пострадавших от враждебных действий вернулись к прежнему объему работы
Две трети пострадавших свидетельствуют об отсутствии непрерывного сопровождения со стороны государства, а более трети опрошенных сообщили, что их близкие были вынуждены сократить занятость из-за необходимости ухода. Экономическое положение большинства респондентов ухудшилось даже с учетом государственных выплат.
Опрос, проведенный ассоциацией «121» совместно с партнерством «Ор ба-офек» («Свет на горизонте»), показал тревожную картину восстановления пострадавших в результате враждебных действий. Исследование, охватившее 145 человек, выявило, что 35% респондентов до сих пор не работают, 34% вернулись к труду лишь частично, и только 27% смогли восстановить прежний объем занятости.
Две трети пострадавших заявили, что не получают от государства непрерывного и последовательного сопровождения. Более трети опрошенных (35,2%) отметили, что члены их семей первой степени родства были вынуждены сократить рабочее время, чтобы ухаживать за ними. Почти 62% респондентов сообщили, что их экономическое положение ухудшилось после получения травмы, несмотря на государственные пособия.
Депутат Кнессета Михаль Вольдигер («Религиозный сионизм») отметила:
«Подавляющее большинство медицинских комиссий сегодня работают по антиреабилитационному принципу. Они фокусируются на степени ущерба, а не на потребностях человека для возвращения к полноценной жизни. Пришло время перейти от системы пособий к индивидуальным планам реабилитации.»
Инбар Иехезкели Билилус из партии «Яшар» подчеркнула необходимость адаптации законодательства к новым реалиям:
«Террор изменился, и закон должен последовать за ним. Многие серьезно пострадали психически, даже не находясь непосредственно на месте событий, а наблюдая за ними в режиме реального времени. Государство обязано расширить критерии признания пострадавших.»
«Ни финансовой помощи, ни сопровождения, ни лечения»
Лиат Эйлам, генеральный директор ассоциации «121», заявила, что Израиль до сих пор не дал адекватного ответа на вызовы войны. По ее словам, необходимо сместить фокус с доказательства инвалидности на реальную реабилитацию и поддержку семей пострадавших.
Рони Кац, мать выжившего после резни на фестивале «Нова» Арада Каца, поделилась своей историей:
«Мой сын вернулся в тяжелом психическом состоянии, и я ухаживаю за ним круглосуточно. Я была вынуждена оставить работу, но от государства не получила ни финансовой помощи, ни сопровождения. Члены семей, несущие бремя ухода, заслуживают признания и реальной поддержки.»
Рон Сегев, также переживший события на фестивале «Нова», добавил:
«Раньше я работал по 12 часов в день, теперь я не способен функционировать как прежде. Из-за статуса временной инвалидности до конца 2026 года многие реабилитационные меры мне недоступны. Вместо бюрократической погони за процентами инвалидности мне нужен четкий план, который поможет вернуться к жизни.»
