От основательницы Нахаль-Оз до президентского знака отличия: «Я не доверяю армии»
Тами Халеви, одна из основательниц кибуца Нахаль-Оз и председатель ассоциации «Яхдав», удостоена президентского знака отличия за волонтерство. Пережившая ужас 7 октября, она выражает тоску по родному кибуцу, но опасается возвращаться и настаивает на создании государственной следственной комиссии.
Комната в доме престарелых «Мигдалей ха-Ям ха-Тихон» в Бат-Яме, где сейчас проживает 88-летняя Тами Халеви, функционирует как оперативный штаб. Оттуда она продолжает руководить системой поддержки пожилого населения региона Шаар ха-Негев в качестве председателя ассоциации «Яхдав». Халеви, одна из основательниц кибуца Нахаль-Оз, жившая там до 7 октября, на этой неделе получила известие о том, что удостоена президентского знака отличия за волонтерскую деятельность.
«Я не думала, что заслуживаю признания от президента страны, — говорит она. — Когда ко мне обратились из регионального совета Шаар ха-Негев с предложением выдвинуть мою кандидатуру, я ответила, что не люблю быть на виду. Несмотря на многолетнюю активность, я никогда не стремилась выделяться. Я сказала им, что есть люди, которые делают гораздо более важные вещи, но они настаивали, и мне пришлось согласиться».
«Вчера мне позвонила супруга президента Михаль Герцог и сообщила, что выбрали меня. Я была взволнована и рада, что мою многолетнюю деятельность оценили. Это льстит, особенно в нынешние дни, когда члены кибуцев не очень популярны в стране, так что, возможно, важно, чтобы кто-то из кибуцного движения был представителем».
Нужно, чтобы кто-то там оставался
Халеви родилась в Хайфе в 1937 году. В 1954 году она призвалась в ЦАХАЛ и в составе ядра «Нахаль» отправилась на юг, чтобы развивать кибуц Нахаль-Оз, которому тогда было два года. «В кибуц я приехала в конце 1955 года, — вспоминает она. — Мы были группой из Тель-Авива, Иерусалима, Нагарии и других мест. Кибуцу требовались дополнительные силы. Для меня это был особенный опыт — основывать поселение на границе с Газой. С тех пор, за исключением двух лет командировки в США, я жила в Нахаль-Оз до 7 октября».
«Нахаль-Оз был ближайшим к границе Газы кибуцем. На протяжении многих лет Газа была другой: не было ни забора, ни стен, только небольшой ров, служивший границей, когда Газа находилась под управлением Египта. В течение нашего первого года погиб один член кибуца. Затем, в 1956 году, был убит офицер безопасности Рои Ротберг, попавший в засаду. В те часы мы готовили угощение для четырех свадеб, которые должны были состояться в кибуце в тот день. Тогда и начался наш более «военный» период. Нам нужно было охранять границу, и мы делали это десятилетиями».
Почему она осталась? «Это важный вопрос. Я чувствовала, что кто-то должен оставаться там, демонстрировать присутствие, чтобы Государство Израиль было представлено на границе. Это ценности, на которых мы выросли. Мой покойный муж Цвика тоже вырос на идеях заселения страны. Пятеро наших детей покинули кибуц, каждый по своим причинам».
Халеви работала учителем рисования в региональной школе Шаар ха-Негев, а позже в колледже Сапир, где занималась связями с общественностью и маркетингом. В начале 2000-х годов она стала заместителем председателя группы по чрезвычайным ситуациям в Нахаль-Оз.
«Мы создали группу, когда начались обстрелы «кассамами», — вспоминает она. — В Нахаль-Оз еще до 7 октября мы прошли через множество «операций». В каждой из них кибуц превращался в поселение, за которое отвечает армия, а наша группа по чрезвычайным ситуациям занималась управлением. Мы помогали жителям в социальном плане, а во время операций эвакуировали детей. До 7 октября я никогда не покидала Нахаль-Оз ни в одну войну».
Принимающая решения
7 октября террористы ХАМАС, проникшие в кибуц Нахаль-Оз, убили 16 жителей и похитили восьмерых. «Я была дома одна, — вспоминает Халеви. — Я была заперта там с 6:29 утра до часа ночи, когда меня спасли. Террористы пытались войти ко мне в дом, они были уже почти внутри. К счастью, наши силы охраняли меня и нейтрализовали их снаружи, но я узнала об этом только через две недели».
«Как председатель ассоциации «Яхдав» и член группы по чрезвычайным ситуациям, я была подключена ко всем рабочим чатам. Я знала об убийствах и похищениях в реальном времени. Я сказала себе, что в плен не пойду. Вся моя жизнь пронеслась у меня в голове в те часы».
Была ли она удивлена? «Нет. Мы все время предупреждали: «Есть туннели». Мы слышали шумы, к которым не привыкли, и нам отвечали, что туннелей нет, что вопрос на контроле. Это звучит цинично, но мы сидели с друзьями, пили кофе и в шутку говорили: «Приготовь еще чашку, сейчас Мухаммад выйдет из туннеля под столом и придет выпить с нами». Мы видели их тренировки, видели, как они повреждают стены, но никто нас не слушал. А перед праздником Симхат Тора присутствие армии сократили».
О государственной следственной комиссии она говорит жестко: «То, что ее до сих пор нет — это просто ужасно. Люди, которые могут рассказать правду, до сих пор не могут этого сделать. У меня есть друзья, которые далеки от возвращения в свои кибуцы, есть целые поселения, пережившие разорение. Судьба Нахаль-Оз должна была быть, согласно инструкциям ХАМАС, такой же, как у Нир-Оз и Беэри».
Сейчас Халеви живет в доме престарелых в Бат-Яме. «Я возвращалась в кибуц только с визитами. С одной стороны, я ужасно скучаю. Это место, где я прожила всю жизнь. Но с другой стороны, у меня есть большие ментальные трудности с возвращением. Только сейчас снова сообщили, что сокращают количество солдат, которые будут охранять кибуц. Я не доверяю ЦАХАЛу в том, что он защитит меня в Нахаль-Оз, если случится повторение 7 октября».
На вопрос, вернется ли она, Тами отвечает: «Я в раздумьях».
