Отношение Галахи к смертной казни

«Кто прольет кровь человеческую, того кровь прольется человеком, ибо по образу Божию создал Он человека»: этот стих из книги Бытия делает смертную казнь основополагающей в иудаизме. Однако на протяжении поколений это наказание было ограничено многочисленными рамками и оговорками, чтобы избежать ошибок, которые могли бы стоить жизни невиновному человеку.

В еврейских источниках возможность лишения жизни из-за действий человека делится на две категории: на поле боя и в суде. В ситуации непосредственной угрозы жизни действует правило: «Пришедшего убить тебя — опереди и убей его». В книге Исход также говорится о человеке, который проникает в дом скрытно («в подкопе»): существует опасение, что если его застанут врасплох, он причинит вред хозяину, поэтому разрешено нейтрализовать такого «преследователя» (дин родеф).

Однако в зале суда действуют иные правила. Хотя смертная казнь упоминается в талмудических источниках, мудрецы (Хазаль) существенно ограничили её применение. Согласно книге Второзаконие, для вынесения смертного приговора требовались показания как минимум двух свидетелей, видевших преступление в непосредственной близости к моменту совершения. Кроме того, было необходимо явное предупреждение преступника о том, что его деяние запрещено и карается смертью.

Если суд признавал человека виновным единогласно, без единого мнения в его пользу — приговор отменялся. Даже на пути к исполнению казни, если появлялся свидетель или аргумент в пользу осужденного, дело возвращали на пересмотр. Мишна в трактате Макот гласит: «Синедрион, казнящий одного человека в семь лет, называется губительным. Рабби Элазар бен Азария говорит: один раз в семьдесят лет. Рабби Тарфон и рабби Акива утверждали: если бы мы были в Синедрионе, ни один человек никогда не был бы казнен».

Вместе с тем, раббан Шимон бен Гамлиэль отмечал, что полное отсутствие смертной казни может привести к росту числа убийств из-за отсутствия должного сдерживания. В целом, общепринятая концепция заключается в том, что Галаха по этому вопросу касается евреев и не обязательно распространяется на неевреев, хотя заповедь «Не убий» является универсальной.

В современном праве смертная казнь применяется крайне редко. В истории Израиля это наказание было приведено в исполнение лишь однажды — в отношении нацистского преступника Адольфа Эйхмана. Ришон-ле-Цион раввин Овадия Йосеф в своем труде «Ябиа Омер» постановил: «Нам не следует судить дела о жизни и смерти в наше время, и даже если бы это было возможно — следует опасаться, как бы не вышла ошибка из-под наших рук».

Аналогичное мнение высказывал в прошлом и раввин Бен-Цион Меир Хай Узиэль: «Взгляд правового учения в Израиле заключается в предотвращении смертных казней по суду настолько, насколько это возможно. Государство Израиль отрицает полномочия суда принимать решения и приводить в исполнение смертные приговоры в какой бы то ни было форме».

Тем не менее, существуют раввины, поддерживающие введение закона о смертной казни для террористов. Среди них — раввин Дов Лиор, бывший раввин Кирьят-Арбы. В своем письме он отметил: «Тора Израиля охватывает все сферы жизни, и если есть ситуации, не прописанные в ней явно, то царь Израиля или избранное правительство (имеющее статус царской власти) имеют право наказывать, в том числе смертью, если это служит благу общества».

По словам раввина Лиора, «если, по мнению членов Кнессета, знающих реальность, такое наказание сдержит террористов, они не только имеют право принять закон о смертной казни, но и обязаны сделать это ради общественного спокойствия».