Полиция закупила мобильные убежища по завышенным ценам из-за дефицита
Внутренние документы полиции свидетельствуют о нехватке 200 мобильных убежищ, выявленной уже после начала боевых действий. Из-за экстренного характера закупок и отсутствия тендеров стоимость каждого объекта составила около 70 тысяч шекелей.

Из ряда внутренних документов, оказавшихся в распоряжении «Калькалист», следует, что полиция не восполнила дефицит средств защиты для своих сотрудников до начала операции «Железные мечи». С началом боевых действий ведомство приступило к экстренной кампании по закупкам. В то время как изначально в организации оценивали нехватку чуть более чем в 120 мобильных убежищ (мигунийот), в процессе работы выяснилось, что фактический дефицит составляет еще около 200 единиц. Ожидание закупок до начала активной фазы войны вынудило полицию платить в среднем около 70 тысяч шекелей за каждое убежище — цена, включающая в себя избыточные издержки периода чрезвычайного положения и отсутствие конкуренции, характерной для тендеров.
«Меня вытащили из дома в субботу, хотя я никогда не работал в субботу», — рассказывает Моти Гуэта, подрядчик, поставивший полиции десятки мобильных убежищ с началом войны. Из-за срочности у полиции не было времени ждать тендерных процедур, и она использовала механизм освобождения от тендера, необходимый для предотвращения реального ущерба. Гуэта оценил, что проведение упорядоченного тендера на объем около 300 убежищ позволило бы снизить цены на 15–20% от рыночной стоимости, в том числе потому, что закупка большого количества заранее удешевляет затраты на финансирование для производителей и снижает процентные расходы.
Шахаф Припаз, эксперт по защите, основатель и генеральный директор компании «Мигун ле-кулам», также объясняет, что мобильные убежища типа «Арбель», которые приобрела полиция, действительно были куплены по рыночной цене около 70 тысяч шекелей, но это цена, актуальная для военного времени и без конкурентной процедуры. По его словам, часть роста цен на общем рынке во время войны объясняется как использованием ситуации компаниями, так и объективными причинами, такими как рост цен на железо и стоимости палестинских рабочих. По его оценке, «до войны на тендере им удалось бы снизить цену примерно на 10%».
Развитие событий, как следует из протоколов комиссий по освобождению от тендеров полиции, иллюстрирует, как разрастался дефицит и приводил к огромным расходам. На второй день войны полиция утвердила закупку 72 убежищ на общую сумму около 5,2 миллиона шекелей. Спустя несколько дней были приобретены еще 42 убежища примерно за 2,9 миллиона шекелей. В то время полиция оценивала нехватку всего в 50 убежищ, но отмечала, что вопрос продолжает изучаться и, «по всей видимости, дефицит больше».
Примерно через месяц после начала кампании комиссии было представлено обновленное картирование, выявившее нехватку около 200 убежищ в дополнение к 114 уже закупленным. Согласно обоснованию запроса на освобождение от тендера, скачок произошел из-за изменений в дислокации подразделений и отмены возможности для полицейских работать из дома. В качестве частичного ответа на новый разрыв комиссия утвердила третью закупку 49 убежищ на сумму около 3,1 миллиона шекелей. К настоящему моменту полиция потратила более 11 миллионов шекелей на экстренные закупки. По словам поставщиков, проведение тендера сэкономило бы до 20% рыночной стоимости убежищ — что, согласно тем же оценкам, составляет более 2 миллионов шекелей.
Полиции все еще необходимо доукомплектовать около 150 убежищ. Если нынешние темпы закупок сохранятся, организация, как ожидается, потратит еще около 10 миллионов шекелей — на фоне прекращения огня, о длительности которого нет ясности.
Из полиции Израиля сообщили:
«Полиция Израиля постоянно действует для усиления защиты своих сотрудников в соответствии с оперативными потребностями и в рамках утвержденного бюджета. В рамках вышеуказанного полиция Израиля непрерывно изучает оперативные потребности в соответствии с ситуацией в сфере безопасности, и как следствие этого, в ходе войны были закуплены десятки мобильных убежищ для защиты полицейских и бойцов».





