Привлечение Шабака к борьбе с преступностью: необходимость и риски

Решение правительства привлечь Шабак к борьбе с организованной преступностью — это важный, драматический и необходимый шаг, однако он страдает от отсутствия фокуса, что может привести к его провалу. Шабак — это не «суперполиция», и он не может служить инструментом для тушения пожаров каждый раз, когда полиция терпит неудачу в выполнении своих текущих задач. Исходя из этого, попытка задействовать его в широкомасштабной борьбе с преступностью будет профессиональной ошибкой. Вместо этого необходимо ограничить участие службы исключительно одним четко очерченным вопросом: организованной преступностью.

Годами существовала устаревшая парадигма, разделявшая мир террора и мир преступности. Предполагалось, что террор движим политической идеологией, в то время как организованная преступность — жадностью. Однако, как мы показали в исследованиях, опубликованных нами ранее (совместно с судьей д-ром Заидом Фалахом и д-ром Алонит Бернзон) и представленных Комиссии по национальной безопасности, сегодня мы сталкиваемся с реальностью, требующей глубокого концептуального изменения. Организации организованной преступности и террористические организации в настоящее время имеют идентичные и пересекающиеся контуры, вплоть до полного размывания границ между ними.

Эпоха глобализации и цифровая революция создали разрушительный симбиоз. С одной стороны, мы являемся свидетелями «политизации организованной преступности» и «коммерциализации террора», когда мировые террористические организации (такие как «Хезболла» в Ливане или ELN в Колумбии) пользуются наркотиками и отмыванием денег, а изощренные преступные организации (такие как D-Company в Индии) перенимают экстремальные насильственные методы для нанесения ущерба суверенитету государства.

С другой стороны, преступные организации в Израиле превратились в производителей медиаконтента. Насилие сегодня — это не только уголовное деяние, но и спланированное коммуникационное послание, цель которого — продемонстрировать силу, укрепить репутацию и запугать соперников. Видеозаписи стрельбы и демонстрация оружия распространяются в социальных сетях, используя алгоритмы, усиливающие шок и страх. Преступные организации поняли, что сегодня сила измеряется не только количеством оружия, но и способностью контролировать сознание. Это психологический террор во всех смыслах этого слова.

Принятие методов борьбы с террором

Мы считаем, что эффективная борьба с организованной преступностью требует принятия методов из мира борьбы с террором. Задействование Шабака — это не «жест», а требование в силу обязанности, закрепленной в законе о Шабаке, которая возлагает на организацию ответственность за сохранение национальной безопасности и институтов государства. В более глубоком смысле речь идет об обязанности государства по отношению к гражданину в рамках общественного договора, согласно которому граждане предоставляют государству монополию на применение силы для обеспечения демократических принципов, таких как равенство и право на жизнь. Эта монополия находится под угрозой, и государство должно заново утвердить свое управление на улицах.

На практическом уровне эта обязанность сводится к трем стратегическим кругам, в которых преступные организации перешли границу в мир террора:

1. Оружие и незаконная торговля. Преступные организации владеют передовым оружием, происхождение которого — кражи и контрабанда с баз ЦАХАЛа и из полицейских складов, а также прямые закупки у террористических организаций через границы. Это оружие составляет логистическую инфраструктуру и просачивается обратно в руки террористов. Это трансграничное сотрудничество является угрозой безопасности, в отношении которой у Шабака есть огромное относительное преимущество.

2. Изощренная экономическая система. Деньги преступных организаций переправляются за границу и отмываются через сложные финансовые сети, а также с использованием новых технологий, таких как блокчейн и финтех. Отслеживание капитала, передаваемого по инновационным и анонимным каналам, требует кибервозможностей и уникальных инструментов, которых нет у полиции Израиля.

3. Нанесение ущерба символам власти. Преступные организации используют лазейки в сфере местного самоуправления, пытаясь захватить контроль над государственными тендерами и вымогая средства у мэров. Это создает стратегическую угрозу для израильской демократии и верховенства закона.

---

Шабак не может и не должен действовать в одиночку в гражданском пространстве; его вступление в борьбу должно осуществляться в структурированном сотрудничестве с полицией Израиля. Шабак предоставит качественную разведку и технологический прорыв, а полиция переведет это в твердую доказательную базу для судов.

Несмотря на то, что текущая дискуссия справедливо фокусируется на арабском обществе в свете кровавой бани на его улицах, этот принцип должен применяться идентично и к преступным организациям в еврейском обществе. Организованная преступность в Израиле удвоила свою силу в рамках темного сосуществования, которое не делает различий между этническим происхождением глав организаций. Чтобы справиться с этой комбинированной угрозой, государство обязано использовать все имеющиеся средства, включая инструменты для блокировки цифрового террора в социальных сетях, при строгом судебном надзоре.

Вливание бюджетов, утвержденное правительством, является жизненно важным, но оно будет потрачено впустую, если Шабак будет втянут в рутинные полицейские задачи. Государство должно сфокусированно и хирургически определить пространство действий службы: нанесение удара по трем «легким», которые позволяют преступным организациям дышать — оружию, деньгам и местной власти, наряду с нейтрализацией механизмов цифрового террора. Если мы не сумеем перекрыть организациям организованной преступности эту дыхательную трубку, их террор продолжит душить все государство.

Проф. Мухаммад Ватад, президент Академического колледжа Рамат-Ган.

Д-р Таль Мимеран, преподаватель Академического колледжа Цфат и старший научный сотрудник Института «Тахлит».