Пятьдесят лет со дня операции «Энтеббе»
Ночь 4 июля 1976 года стала определяющим моментом в истории Израиля. В то время как Соединенные Штаты праздновали 200-летие независимости, Израиль одержал победу, превосходящую всякое воображение, которая навсегда врезалась в коллективную память его граждан.
«Когда у тебя есть две возможности, и обе они плохие, попробуй поискать третью, ту, которой не существует». Прошло пятьдесят лет с тех пор, как самолет авиакомпании Air France был угнан по пути из аэропорта Бен-Гурион в Париж и приземлился в Энтеббе, Уганда. После селекции на борту остались 93 еврея и 12 членов экипажа — заложники, среди которых были семьи с детьми. Правительство Израиля получило семь дней на то, чтобы решить: уступить требованиям угонщиков или отказаться от переговоров ценой жизней заложников. Две крайне тяжелые альтернативы. Военная операция по спасению в сердце Африки, в 4000 километрах от дома, без разведданных, в условиях крайней неопределенности, без времени на планирование и с огромным риском для жизней заложников и бойцов, изначально не рассматривалась.
В истории нации есть события, которые со временем превращаются в легенду. Ночь 4 июля 1976 года стала именно таким моментом. Прошел юбилей, и теперь мы отмечаем 250 лет независимости США и пятьдесят лет со дня операции «Энтеббе». За пять десятилетий террористических атак, угонов самолетов и захвата заложников в мире не было операции, равной этой. «Энтеббе» стала военной, разведывательной и лидерской победой. Отказ принять селекцию и клятва «никогда больше» не допустить убийства евреев за их происхождение превратили ее в значимую ценностную и человеческую победу. Это были дни, когда мы придерживались обещания не оставлять раненых на поле боя и не бросать ни одного человека. Дни взаимного поручительства. Каждый боец и каждый гражданин знал, что Государство Израиль сделает все возможное, чтобы вернуть его домой.
В те напряженные дни премьер-министр Ицхак Рабин (да будет благословенна его память) и министр обороны Шимон Перес (да будет благословенна его память) обменивались записками. В одной из них министр обороны написал премьер-министру: «Как начинается операция? Говорят, что она невозможна. Время не подходит. Правительство не утвердит. Единственный вопрос, который я видел и вижу до сих пор, — это “как это закончится?”».
После семи дней колебаний, тупиковых ситуаций и острых дискуссий между членами правительства, руководством армии и спецслужб было принято решение. Вопреки всем шансам. Руководство отказалось считать проблему неразрешимой и проявило мужество, начав операцию. Все израильтяне поручились друг за друга.
К юбилейному году мы решили совместно с «Едиот Ахронот» опубликовать «Дневник Энтеббе» — книгу, написанную министром обороны. Это не мемуары и не ретроспективный анализ, а сценарий, написанный в реальном времени. Семь дней, час за часом, от угона до освобождения. Книга помещает читателя внутрь неопределенности, в эпицентр моральных и лидерских дилемм, необходимых для принятия судьбоносных решений. Она предлагает иное понимание — различие между правильностью решения и его результатами: «Даже если бы мы потерпели неудачу, — писал Перес, — все равно это было бы правильное решение. Решение может быть верным, даже если оно заканчивается неудачей. Многим лидерам трудно это усвоить».
В этих словах кроется вызов тому, как мы привыкли судить о лидерстве — задним числом, в свете результатов, когда риск уже не является риском. Перес писал из противоположной точки: из момента, когда финал еще не был известен.
Пятьдесят лет спустя кровавая цена операции «Энтеббе» не забыта. При свежем прочтении «Дневник Энтеббе» остается значимым и острым, поскольку вопросы, стоящие в его центре, не теряют актуальности: что требуется от лидера в момент, когда нет уверенных ответов? Какова тонкая грань между мужеством и безрассудством, осторожностью и параличом, воображением и иллюзией? «Смелая военная операция не обязательно является правильным решением, — писал Перес. — Смелое мышление — это всегда лучший путь». «Дневник Энтеббе» — это книга Шимона Переса, написанная его голосом, через его уникальный угол зрения. Она сохраняет верность моменту, в который родилась, и остается открытой для вопросов, которые ставит перед нами время.
