За несколько дней до убийства: семья подозреваемого в нападении на ребенка просила о психиатре — и получила очередь на декабрь
Арест Лиэля Ифрагана, подозреваемого в убийстве 7-летнего Гиллеля Мордехая Дадона в Бейт-Шемеше, продлен на 10 дней. Семья Ифрагана утверждает, что за несколько дней до трагедии обращалась в больничную кассу с просьбой об осмотре, но там сочли, что он не представляет опасности.
Мировой суд в Иерусалиме постановил во вторник, что арест 26-летнего Лиэля Ифрагана, подозреваемого в убийстве 7-летнего Гиллеля Мордехая Дадона, будет продлен на 10 дней. Мера пресечения сопровождается продолжением психиатрического наблюдения.
Пока следствие пытается установить мотив преступления в Бейт-Шемеше, семья Ифрагана утверждает, что за несколько дней до инцидента обращалась в больничную кассу с просьбой о психиатрическом освидетельствовании. По словам родственников, им ответили, что Ифраган не представляет опасности, а ближайшая очередь на прием была назначена на декабрь — спустя четыре месяца. Также стало известно, что несколько лет назад Ифраган уже проходил лечение в психиатрическом учреждении, откуда был выписан с заключением об отсутствии угрозы для себя и окружающих.
Гиллель был смертельно ранен около недели назад во время празднования дня рождения в Бейт-Шемеше. Его 4-летний двоюродный брат также получил тяжелые ранения. Оба ребенка находились под присмотром 15-летнего подростка, ставшего свидетелем случившегося. Пострадавших обнаружили возле домашнего бассейна. Бригада МАДА доставила детей в больницу, однако спасти жизнь Гиллеля не удалось. Полиция проверяет версию о конфликте между соседскими семьями. Отец подозреваемого был задержан по подозрению в препятствовании следствию и переведен под домашний арест.
Отец погибшего, Амос, рассказал, что даже после ранения Гиллель оставался в сознании и успел поговорить с отцом ребенка, у которого они гостили:
«Гиллель говорил с другим отцом, который занес его в дом и пытался остановить кровотечение. Он был еще в сознании. Увидев рану в области сердца, они сначала подумали, что это огнестрельное ранение».
Амос добавил:
«Всего за час до этого их сфотографировали в воде — радостными и счастливыми. Я надеюсь, что найду в себе силы. Вся моя жизнь черпалась из него, у нас была необыкновенная любовь отца и сына. Он излучал любовь и улыбку, которая никогда не сходила с его лица. Семь с половиной лет я получал этот подарок, а вчера этот период закончился».
