«Работа заставляет меня забыть о катастрофе»: Моше Вайнштейн не покидает Метулу

Моше Вайнштейн из Метулы говорит громко. Возможно, потому что в 77 лет слух уже не тот, а возможно, потому что он хочет передать послание террористам «Хезболлы», затаившимся в окрестностях. И это послание звучит так: даже гибель его сына Омера (светлой памяти) от попадания ракеты около полутора лет назад не заставит его покинуть землю, на которой он родился, вырос и состарился.

«Нас хотели отправить проветриться в отель на два дня. Я не мог оставить здесь рабочих под открытым небом», — рассказал он, когда мы встретились возле его плантаций. «Глава совета сказал: "Тебе это не поможет, ты едешь в Иерусалим, а вся группа быстрого реагирования придет на помощь", но совесть мне не позволила».

Вайнштейн — представитель четвертого поколения жителей Метулы по материнской линии, а его отец прибыл в Галилею с Иосифом Трумпельдором в 1912 году. На его лице и руках видны борозды, проложенные историей. Даже когда мир ушел вперед, он остался верен урожаю, который его земля приносит каждый год.

«Мой отец перед смертью сказал: "В моей жизни было два чуда"», — поделился он. «Одно чудо — что у меня родился сын после трех дочерей, а второе — что сын решил продолжить мой путь. Сельское хозяйство — это не хайтек и не владение автомастерской: либо ты с этим рождаешься, живешь с этим и любишь это, либо нет».

У Моше и Инии Вайнштейн трое детей. Инбар продолжает жить в Метуле, но не осталась в отрасли, а два сына — Омер и Амит — были неразлучны с делом отца. «Амит с 12 лет бегал и чинил всем компьютеры в домах», — вспоминает отец. «Не было ничего, о чем бы я попросил, и он не сделал. Всегда говорил: "Скажи, что тебе нужно, и я сделаю. Обучить профессии? Учи Омера". Омер любил сельское хозяйство. Он был сыном-продолжателем, который превзошел своего отца на несколько уровней. Он с отличием окончил школу и факультет, и в одну секунду расстался с нами».

Ракета в плантации «Пинк»

Омер и его семья жили в соседнем кибуце Дафна. Каждый день он приезжал в Метулу, чтобы помогать в фермерском хозяйстве. И там, 31 октября 2024 года, в разгар войны «Железные мечи», ракета попала в участок на границе между плантацией яблок «Пинк Леди» и нектариновыми деревьями. Омер (47 лет) и четверо тайских рабочих погибли на месте.

«Я прибыл через две минуты», — рассказал Моше. «Вышел из машины и увидел рабочих. Никто из них не двигался. Я искал своего сына и нашел его лежащим в стороне. К счастью, Бог любит меня, и они остались целыми. Не хочу думать о возможности, что я увидел бы своего ребенка раздавленным или что его вообще бы не было».

У Омера остались жена и четверо детей. Его отец и сегодня каждое утро спускается в сад, где тот погиб, и продолжает ухаживать за деревьями. «Если я перестану работать, я умру через месяц», — убежден он. «Работа заставляет меня забыть о катастрофе».

На вопрос, не боится ли он за свою жизнь, Моше отвечает кратко: «Я закончил бояться».

Когда мы встретились, Моше отвез нас к дому в Метуле, принадлежащему его сыну Амиту, который пострадал в одном из последних обстрелов. Он снял видео, в котором описал ущерб. «Я нахожусь на улице Мицпе Нафтали, и все стены здесь изрешечены», — задокументировал он. «Электричество повреждено, и все полно осколков со всех сторон».

Внезапно позади нас раздался громкий «бум». Соседняя артиллерийская батарея сотрясла окрестности. Моше прищурился, как человек, который даже спустя годы не привык к этому грозному шуму. «Ты можешь спать при таком?» — спросил он. «Вот и я нет. В субботу я проснулся в 3 часа ночи после сирены. Внезапно весь дом задрожал. Я позвонил в оперативный штаб спросить, было ли падение поблизости, и они сказали: "Упало возле заповедника". Я вышел утром и увидел воронку в земле, в десяти метрах от окна моей спальни. Сначала я подумал, что это дикие кабаны рыли ночью, но там было падение».

---

«Им удалось ввести меня в заблуждение»

У семьи Вайнштейн в доме нет МАМАДа. Хотели построить его на первом этаже, но Моше спит на верхнем, и объяснил, что пока он спустится, инцидент уже закончится. Поэтому его жена Иния спит в эти дни в ближайшем убежище, а он остается в доме. Как он и сказал — он давно перестал бояться.

«Сюда приезжал премьер-министр, и единственным, кто бойкотировал встречу с ним, был глава нашего совета Давид Азулай», — рассказал Моше. «Он сказал им: "Мне не нужны деньги, важнее, чтобы вы позаботились о безопасности". Мы больше месяца в боях и нисколько не снизили интенсивность огня «Хезболлы». Даже после первого прекращения огня, когда говорили, что место безопасно, глава нашего совета был единственным, кто предупреждал. Я бы вернулся в любом случае, но он был прав. Признаю, что им удалось ввести в заблуждение и меня, потому что был период, когда каждый день мы уничтожали у «Хезболлы» машину, мотоцикл, дом, а они не реагировали. Я спрашивал себя: "Неужели там нет ни одного сумасшедшего, который ответит?". Оказалось, что они терпеливо ждали и всадили нам это до конца».

На вопрос, не опасно ли оставаться здесь, он отвечает: «У меня есть зять, чья мать живет в Ришон-ле-Ционе, и она звонит мне в слезах: "Прогони их, пусть едут в центр". Я сказал ей: "Здесь безопаснее. В Ришоне, когда падает ракета, сносится квартал, здесь максимум сносится дом". Нигде не безопасно».

Вайнштейн еще помнит годы, когда не было пограничного забора и отношения с ливанцами были теплыми и дружескими, но затем террор поднял голову под предводительством «Хезболлы», и идиллия закончилась. У входа в свои сады он рассказал обо всех окрестных деревнях, которые знает с детства. Там, за границей, находится Кила, за ней Клайя, а далекий Аль-Хиям силы ЦАХАЛ сравнивают с землей прямо сейчас.

«Я верю, что здесь еще будет хорошо», — говорит он с некоторой наивностью. «Ведь и ребенком я не верил, что буду у пирамид в Египте или буду путешествовать по Иордании, но все зависит от руководства. На их месте я бы устыдился и зарыл себя в землю. Подумай, премьер-министр поехал в Арад с прикрепленным броневиком. У нас, жителей, здесь нет мобильных убежищ, чтобы защитить рабочих. Пойдем посмотрим, как выглядит убежище в Метуле».

Моше ведет нас в ближайшее убежище, включает фонарик на мобильном и освещает место, полностью затопленное грязной водой. «Люди живут здесь», — сказал он с гневом. «В чем проблема привести в порядок убежище? Это день работы с экскаватором, или снести его и построить заново. На все в этой стране есть деньги, только здесь, на пограничном заборе, нет».

Оттуда Моше отвез нас в «Дом фермера» в Метуле, названный в честь Омера. Затем он показал место, где погиб его сын, где до сих пор видны повреждения, оставленные смертоносной ракетой. В конце он привел нас к своему дому, к мемориальному уголку, который он обустроил для сына.

«Я привез пять камней в память об Омере», — рассказал он. «Один я оставил в кибуце Дафна, где он жил, один у нашего дома, один в садах, и два камня я установил на мемориале, который воздвиг в память о своих родителях. В самом страшном сне я не мечтал, что это будет также мемориалом моему сыну».

Только Метула — место суровое. Наряду с захватывающей красотой галилейских пейзажей и пьянящим цветением нектаринов, во дворе дома семьи Вайнштейн собрана коллекция осколков и обломков ракет, упавших на сельскохозяйственные угодья, которыми можно легко заполнить полкомнаты. Там есть даже забор, который каким-то образом прилетел и приземлился у них прямо из ливанского дома. Я спросил старого фермера, такова ли наша судьба и вечно ли нам «пожирать меч», и он грустно улыбнулся и сказал: «У меня даже нет времени думать об этом».

Врач, адвокат и фермер

Моше Вайнштейн не покинет Метулу, даже если ракеты продолжат падать, потому что на таких людях строилось государство. Ведь он из тех фермеров, о которых Трумпельдор сказал: «В месте, где еврейский плуг проведет последнюю борозду — там пройдет наша граница».

«Врач, адвокат и фермер вознеслись на небеса», — Вайнштейн захотел закончить шуткой перед тем, как мы расстались. «Троица встретила ангела, который сказал: "Вы хорошие люди, поэтому я даю вам еще один шанс остаться в живых, только пусть каждый выберет, кем он хочет быть". Врач сказал: "Я помогал, лечил, я хочу быть адвокатом, чтобы зарабатывать деньги". Адвокат сказал: "Деньги у меня есть, я хочу быть врачом". Фермер думал-думал и в конце сказал: "Я хочу остаться фермером". Его спросили: "Ты сумасшедший, почему?". Он ответил: "Потому что сказали, что в следующем году будет лучше". Я уже не жду, что будет лучше».