Рахамим Хуги: «Я был в неправильном месте, в неправильное время»
Рахамим Хуги, отвечающий за призыв ультраортодоксов в ЦАХАЛ, впервые прокомментировал скандал, приведший к отмене его назначения в полицию. Он отверг обвинения в гомофобии, заявив, что его прошлое было искажено, и подчеркнул, что его миссия — помогать молодым ультраортодоксам найти свое место в жизни.
В январе, когда стало известно об отмене назначения Рахамима Хуги на должность главы управления по призыву ультраортодоксов в полицию, казалось, что история завершена: человек с неоднозначным прошлым, резкие высказывания против ЛГБТ-сообщества, общественный резонанс и быстрая отставка. Согласно публикациям, Хуги приписывали призывы к насилию в отношении участников парада гордости в Иерусалиме в 2015 году, в день убийства Ширы Банки (да будет благословенна её память).
В преддверии парада гордости в Тель-Авиве того же года полиция ходатайствовала о его отстранении, ссылаясь на наличие уголовных записей, связанных с нападениями, имущественными преступлениями и нарушением общественного порядка. Публикация этих данных вызвала бурю негодования. Депутат Кнессета Йорай Лахав-Херцану («Есть будущее»), возглавляющий гей-лобби, направил письмо генеральному инспектору полиции с требованием отменить назначение, назвав его «моральным банкротством». «Ассоциация за ЛГБТ» также выступила с резким протестом. В итоге генеральный инспектор Дани Леви принял решение об отмене назначения.
Однако сегодня Хуги, исполняющий обязанности начальника отдела призыва ультраортодоксов в ЦАХАЛ, впервые комментирует эти претензии. Он не только отвергает часть обвинений, но и представляет иную версию событий, подчеркивая отсутствие враждебности к ЛГБТ-сообществу. «Мне приписали слова, которых я не произносил, основываясь на показаниях одного полицейского», — утверждает он. По его словам, информация, ставшая поводом для отмены назначения, была «абсолютно лживой».
Путь к «точке надлома»
Хуги вырос в большой и привилегированной ультраортодоксальной семье в иерусалимском районе Рамот. «Нет телевидения, нет интернета, нет газет. Ты живешь в другом мире, почти не зная, что происходит снаружи», — описывает он свое детство. Первая серьезная травма произошла в 12 лет, когда его отец, бывший депутат Кнессета от «Ликуд» Офер Хуги, был осужден за мошенничество. «Это кризис, который я несу с собой до сих пор. На моей бар-мицве было множество гостей, но я чувствовал себя ничтожным», — признается он.
После обучения в иешивах он начал «скитаться», столкнувшись с уличной средой. «Когда ты бродишь по городу без рамок, ты сталкиваешься с плохими влияниями, ищешь беспорядок и экшн», — вспоминает он. При этом он категорически отрицает участие в драках: «Я трус. Я вижу драку — я убегаю. По характеру я милосерден к людям, к тому же всегда боялся полиции».
Инцидент на параде гордости
30 июля 2015 года Хуги оказался на демонстрации против парада гордости в Иерусалиме. «Мне сказали: есть мероприятие, демонстрация, и я пришел. Я не знал, что такое ЛГБТ-сообщество, этого вообще не было в моем лексиконе», — утверждает он. Когда начались беспорядки, он, по собственным словам, попытался уйти, но был задержан полицейским, который обвинил его в призывах «колоть геев».
«Я был в неправильном месте, в неправильное время», — говорит Хуги. На заседании суда, где его интересы представлял Итамар Бен-Гвир, судья отметила, что обвинение строится на показаниях лишь одного полицейского, и распорядилась освободить его. Вскоре дело было закрыто за отсутствием оснований для продолжения расследования.
Миссия в ЦАХАЛ
После женитьбы и начала работы в компании отца Хуги столкнулся с проблемой «шабабников» — молодых ультраортодоксов, оказавшихся на обочине общества. «Я увидел ужас: шприцы, дети, которые губят себя наркотиками. Я понял, что если я им не помогу, то кто поможет?», — рассказывает он. Это привело его к сотрудничеству с ЦАХАЛ.
С 2022 года, когда Хуги возглавил отдел призыва ультраортодоксов, число призывников значительно выросло: с 1200 в 2022 году до почти 3000 в 2025-м. Он способствовал созданию специальных подразделений и сайтов для информирования общины. «Моя цель — быть для них как отец во время службы, помочь им не потерять себя», — отмечает он.
Офицер, работавший с Хуги, подтверждает его слова: «Он самый принимающий человек, которого я встречал в армии. Он знал меня как офицера-гея, и это никогда не было проблемой. Важны поступки, а не слова из далекого прошлого». В свою очередь, представители ЛГБТ-организаций настаивают, что назначение человека с таким прошлым на высокую должность в полиции недопустимо с ценностной точки зрения, подчеркивая важность доверия между полицией и обществом.
