Рами Гершон: «Горжусь тем, что после самого низкого этапа карьеры смог добиться успеха в «Маккаби Хайфа»»

После блестящей карьеры, в ходе которой он завоевывал титулы в Шотландии и Бельгии, а также три чемпионства подряд в составе «Маккаби Хайфа», Рами Гершон официально объявил о завершении выступлений в декабре прошлого года. Теперь в интервью Walla Sport он подводит итоги и делится планами на будущее.

— Каково это — завершить карьеру? Жизнь без тренировок, игр и раздевалки?

— Я очень скучаю. Это радикальное изменение. С раннего детства я помню себя на тренировках, в раздевалках, и вдруг ты переходишь к офисной работе. Но у меня есть много друзей, которые завершили карьеру, и они описывают своего рода бездну, которую оставляет футбол. К счастью, я очень занят: работаю в «Маккаби Хайфа», воспитываю маленьких детей и строю дом. Свободного времени практически нет.

— Чего тебе больше всего не хватает?

— Интересный вопрос. Мне не хватает игровых моментов: стыков на тренировках, столкновений, хороших подкатов. Это вещи, которые сразу меня зажигают.

— Как изменилась жизнь с Нетой и детьми после ухода из спорта?

— Я всегда мечтал быть не только футболистом, но и отцом, поэтому рад уделять семье больше внимания. У нас с Нетой сбалансированное распределение ролей: она человек утра, а я — человек ночи. Купание и укладывание детей спать — это мои часы.

— Насколько ты удовлетворен своей карьерой?

— Я очень горд. С одной стороны, есть чувство упущенной возможности — я мечтал попасть в топ-лигу Европы. Но с другой, я столкнулся с таким количеством кризисов и травм, что осознание того, чего я достиг вопреки всему, приносит огромное удовлетворение.

— Ты уехал в Европу очень молодым, из «Хапоэль Ришон-ле-Цион». Как удалось получить контракт в «Стандард Льеж»?

— Мой агент Дуду Даан был уверен: «Ты игрок для заграницы, не для Израиля». Мы поехали в Бельгию, где я тренировался самостоятельно. Дуду представил меня президенту «Стандард Льеж» как игрока молодежной сборной. Когда они узнали, что я из третьей лиги, у них «задрожали ноги», но тренер настоял на просмотре. После трех недель испытаний меня взяли в аренду, а затем выкупили.

— Чему тебя научил бельгийский футбол?

— Двум вещам. Во-первых, тренировка — это самое важное: выкладываться нужно на 200 процентов, как в игре. Во-вторых, даже если ты не играешь, нельзя строить гримасы или филонить. В Европе тот, кто не попадает в состав, на тренировках «грызет землю», чтобы доказать свою состоятельность. Это главное ментальное отличие от нас.

— Какой совет ты бы дал 19-летнему Рами Гершону?

— Работай умно, а не просто много. И не трать время на обиды, если не играешь. Каждый момент — это подарок, возможность стать лучше. Если бы я знал это в 19 лет, я бы продвинулся гораздо дальше.

— Почему израильские клубы и сборная отстают от таких стран, как Бельгия или Хорватия?

— Дело в культуре тренировок и отсутствии терпения. У нас всё воспринимается как «жизнь или смерть», а в Европе верят в долгосрочные процессы. Чтобы вырастить поколение, нужен проект на годы, как это сделали в Бельгии с их «золотым поколением».

— О тебе говорят как о невероятном профессионале. В чем это выражается?

— Я был «психопатом» в плане режима: питание, растяжка, силовые упражнения 24/7. Даже за рулем делал упражнения на мобильность. Мне трудно найти человека, который относился бы к своему телу более фанатично.

— Переход в «Маккаби Хайфа» сопровождался давлением из-за контракта. Как ты это пережил?

— Это был тяжелый период. Я был самым высокооплачиваемым игроком, и когда команда проваливалась, весь огонь критики принимал на себя. Но я рад, что это случилось: кризисы закалили меня. Я больше всего в мире горд тем, что из самого низкого места мне удалось добиться успеха в «Маккаби Хайфа».

— Расскажи историю про «Бней Иегуду» и раввина.

— Я уже договорился с «Бней Иегудой», но перед этим один человек отвез меня к раввину в Нагарию. Он сказал: «Не волнуйся, ты принесешь благословение команде». Я не придал значения, но на следующий день в хайфском дерби удалили трех наших защитников, и мне сказали остаться. Я начал играть, и ребята в команде в шутку называли меня «барака» (благословение). Тот сезон закончился чемпионством.

— Чем ты занимаешься в клубе сейчас?

— Я скаут. Просматриваю игроков, взаимодействую с медицинским и профессиональным штабами. Мы ищем усиление для взрослой команды, анализируя сотни кандидатур.

— Что ты думаешь о нынешнем составе и критике в адрес новичков?

— Мы должны быть терпеливее. В Европе игрок может раскрыться через год, и это нормально. Нельзя судить о футболисте по трем плохим матчам. Мы должны менять нашу спортивную культуру.

— Коротко: лучший защитник, с которым играл?

— Таль Бен-Хаим.

— Самый сложный нападающий?

— Диего Коста в матче против сборной Испании.

— Тренер, повлиявший больше всего?

— Хейн Ванхазебрук. Он привил мне тактическое мышление и понимание схем, чего я не знал раньше.